Малышев Юрий

Тринадцатый кордон. Оглавление

Неповторимо прекрасен тот уголок нашей родины, куда попадает читатель вместе с героями книги А.Малышева «Тринадцатый кордон».

В эти места нельзя проехать на автомобиле или на поезде. Сюда существует лишь два пути — пробраться пешком чуть заметными таежными тропами или проплыть по быстрой реке Мане. Здесь, в приманской тайге, расположен заповедник.

Автор поднимает в романе важную проблему — единство человека и природы.

А.Малышев пишет о людях, работающих в заповеднике. Вдали от населенных мест, от сел и городов ведут наблюдение за природой и животным миром молодой зоолог Антон, ихтиолог Юрий Юрьевич, его жена Инна Алексеевна и другие герои романа. Они охраняют народное богатство — тайгу, борются с браконьерами.

Публикуется по книге А.А.Малышев.
Тринадцатый кордон
М. «Советский писатель», 1971 г.


Материал предоставил В.Деньгин

Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Малышев Юрий
Деньгин Владимир Аркадьевич
Деньгин Владимир Аркадьевич
Юрий Малышев. Тринадцатый кордон

Другие записи

Фрэнсис Грин. Песня Грифов
Меня попросили написать несколько серьезных слов для серьезной публикации — вспомнить, как я побывал на Грифах в 1992 году. Эта задача кажется мне трудной. Как можно бесстрастно писать о событии, вызывающем столь сильные и разнообразные чувства, о событии, имеющем так мало общего с повседневной реальностью, воспоминание о котором кажется таким...
"Глаголь"
Камень «Глаголь» находится рч.Моховой на хребте вблизи столбовской тропы, идущей после подъема на Каштак. На север от «Глаголя» имеется поляна, от которой двумя истоками в Моховую идет Глаголев ручей. К вопросу о самом названии камня «Глаголем». Говорят, что название камня «Глаголем» произошло...
Бессребреник (из воспоминаний)
Старейший художник-красноярец Дмитрий Иннокентьевич Каратанов был редкостным бессребреником. В годы Великой Отечественной войны жил он одиноко в маленькой комнате, заваленной холстами и «обставленной» длинным кухонным столом, жесткой кроватью и двумя топорными стульями. Обедать ходил в столовую, а утром и вечером пил крепчайший чай с «пайковым» хлебом и сахаром вприкуску. Заботы...
Восходители. Вниз
И все же фифти-фифти было. Может быть, уже на восьми тысячах они ненавидели эту гору, самих себя и друг друга. Пройти по ранее непройденному маршруту до «классики» вовсе не означает подняться на вершину, говорил же и Антипин: больше всего боялся, что парни очень-очень устали. Вот, умирает австриец, вон, спускаются безуспешные...
Обратная связь