Есть на Столбах несколько таких мест, где, после небольшого раздумья, прыгают многие: с Конька на Втором столбе, с Пролетарки на Первый, с одного пера на другое. Ходит молва, что кто-то прыгал с Коммунара на Первый; Леня Петренко, из авторитетнейших столбистов, утверждает, что прыгали трое, один и умер у него на руках; я долго приглядывался: теоретически возможно, вот только в душе нужно быть самоубийцей. Шурик Губанов, говорят, прыгнул однажды с Тотема на перемычку; пока не увижу — не поверю. Прямо от Слоника под Колокол есть ход Собольки. Там, где он кончается, справа — сам Колокол, звучащий камин, а слева — ход его имени.

Некто совершенно незнакомый, из старых столбистов, подзуживал нас на полянке: и что вы, молодые, можете, — а слабо вам? — я вот когда-то прыгал справа налево, через Плевательницу. Мужик кончил разговоры и ушел, а Юра Борисенко сказал мне: пойдем, посмотрим? Посмотрели: там есть чуть наклонная плита для разбега, но очень мало места для «прискаления»: узкая полка, и если — лбом в стену, если отпрянешь, то весь ход Собольки, что под ногами — твой, внизу подберут бездыханного.

Юра прыгнул. Я еще предложил ему: давай, я встану там, на полке, если что — могу к стене прижать. Он досадливо повел рукой, стал перебирать ногами на месте, рванулся, и вот — он уже там. Только лет через 15 молодежь следующего поколения смогла повторять такие прыжки раз за разом.

P.S. Так я закончил эту байку, в таком виде она и была опубликована в газете «Городские новости». Вечером мне позвонили с укоризной. Оказывается, с Коммунара на Первый прыгали, прыгают и, очевидно, еще будут прыгать. Шахматов Леша, совсем еще молодым парнишкой выступавший за команду скалолазов красноярского Спартака, настраивался на прыжок 15 минут. Решившись, сиганул, но не очень удачно: сильно ударившись о камень лицом, выбил себе передние зубы; его отбросило при этом в сторону, и не удержись он чудом...

Женя Дмитриенко приехал в Красноярск из Кенигсберга лишь в апреле 1997 года, до того по скалам не лазил никогда. Вначале он удивил горожан тем, что бесстрашно гулял по перилам коммунального моста. Телезрители Афонтово могут вспомнить этот весенний сюжет. Затем Женя пришел на Столбы и сразу же полюбил лазание по самым трудным ходам: Пятна, Мясо, перьевское Ухо — это без проблем. Однажды примеривался даже к Петле Теплых. Впервые он забрался на Коммунар в одиночку, без чьей-либо подсказки и помощи. Забравшись, решил, что спрыгнуть с вершины в сторону Колокола проще, и безопаснее, чем спуститься лазанием. Покуда Женя примеривался, собрался народ, появилась и кинокамера. Он прыгнул, и видеокассета тому надежнейший свидетель. Правда, внизу его подстраховывали, поймали за руку. Будь такая страховка у Шахматова, и он остался бы с целыми зубами. Для справки: длина прыжка семь метров, перепад высот — около трех. Прискаление вовсе не на ровную площадку, а на крутую плиту либо на круглый валун. Стало быть, если что не так, есть выбор: падать направо до земли, а это около 40 метров отвеса или налево, в расщелину Колокола, что вряд ли смертельно, но все равно должно быть очень больно.