Ферапонтов Анатолий Николаевич

Байки от столбистов - III. Партийные истории. Дорогой Леонид Ильич

Когдатошний мой знакомец из Питера Витя Овсянников имел в своей жизни две страсти: раннюю — альпинизм, и припозднившуюся — дельтаплан. Этот, второй, его однажды и прославил.

Дело было в начале семидесятых. Застой в разгаре, жить невыразимо скучно, стареющему генсеку вручили какой-то по счету орден, занималась нешуточная борьба с диссидентами. Однажды на Старой площади в Москве случился переполох, туда принесли телеграмму из Баксанского ущелья, что в Кабардино-Балкарии, с таким, примерно, текстом: «Дорогой Леонид Ильич! Свой небывалый в истории полет на дельтаплане собственной конструкции с крыши Европы — горы Эльбрус — я посвящаю предстоящему съезду Коммунистической партии Советского Союза и лично Вам, неутомимому борцу за счастье всех трудящихся во всем мире. Виктор Овсянников, город Тырныауз, гостиница».

Фас, товарищи инструктора! Кто такой? Кто поручил? Кто разрешил? Звонки в Спорткомитет и ДОСААФ ничего не дали, Виктор Овсянников там не был известен,- и впрямь, всего-то мастер спорта. Но не такие люди большевики, чтобы пасовать перед трудностями. Их упорство ничуть не уступает их тупому подобострастию. Виктор на это рассчитывал, он не ошибся в расчетах!

Утром следующего дня Овсянников тщательно побрился, оделся по возможности приличнее и стал ждать. Ждал он недолго: около десяти в дверь вежливо постучали. Сперва вошли два холуя и деловито осмотрели комнату, затем на пороге появился самолично первый секретарь горкома, царь и бог маленького Тырныауза. Виктор не стал «петли вязать», а рассказал все как на духу. Да, он хочет и может стать первым в мире. Да, он хочет славы. Но! — средств для этого у него нет, а есть только вот он сам да дельтаплан,- и правда, лично им усовершенствованной конструкции.

Царь и бог слушал молча, пощипывал усы и прикидывал в уме дивиденды. Найдя их достаточно весомыми, хлопнул дебелой рукой по столу: «Напишите, сколько нужно людей, продуктов, снаряжения, какой транспорт — все пишите». Он еще говорил, а Витя уже двигал по столешнице листок: «Да вот, собственно, я приготовил заранее».

Через семь дней Виктор Овсянников стартовал с восточной вершины Эльбруса и, покружив в упоении над Баксанским ущельем, аккуратно приземлился на оцепленную милицией площадку в Терсколе. Спустя несколько минут в Москву ушла вторая телеграмма, победная реляция. За двумя подписями, что справедливо.

Как замечательно и то, что благодаря невинному, но рискованному шантажу спартаковский скалолаз и альпинист Виктор Овсянников первым в мире спустился на дельтаплане с вершины Европы.

Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Ферапонтов Анатолий Николаевич
Ферапонтов Анатолий Николаевич
Ферапонтов Анатолий Николаевич
Ферапонтов А.Н. Байки III

Другие записи

Были заповедного леса. Об авторе
У Елены Александровны Крутовской было очень много друзей. «Читала вашу книжку и плакала от радости, что на свете есть такой человек», — писала ей народная артистка СССР Фаина Раневская. «Если бы совесть можно было регулировать или настраивать, ее можно было...
Горы на всю жизнь. Горы покоряются сильным. 3
Можно только удивляться кипучей энергии, разносторонности интересов, сохранившихся у В.М.Абалакова до преклонных лет. Впрочем, «до преклонных лет» — понятие в применении к нему весьма относительное... Оно говорит лишь о счете лет (как-никак — за 75!), но отнюдь не о физическом состоянии ветерана советского альпинизма. Он весь в движении, в постоянном действии в поисках нового. В конце 1978...
Триста остановленных мгновений
В выставочном зале Красноярского Дома художника экспонируются произведения художников — любителей нашего края. Свыше трехсот работ представлено здесь — намного больше, чем на прошлой краевой выставке картин самодеятельных художников, состоявшейся в январе 1963 года. И число участников (их теперь 67) по сравнению с той выставкой значительно возросло. Это радует. И все же данная...
Байки от столбистов - III. Благополучные жутики и ужастики. Полет Куклы
Вообще-то ее зовут Галей; годы и годы прошли, а она все помнится мне круглощекой, семнадцатилетней хохотуньей по прозвищу Кукла. Никто, пожалуй, в истории Столбов не найдет такого случая: падать метров с пятидесяти и не погибнуть: Мы с Ритой Спицыной прилетели из Ташкента ночью; тогда самолеты садились еще в городе, это место теперь Взлеткой...
Обратная связь