Петренко Леонид Тимофеевич

Красноярская мадонна. Хронология столбизма. 20-й век. 1909

1909 год. На Первом Столбе три хода: Шахта, Катушки, Вопросик. Железнодорожник Фролов покоряет юго-западную вершину Первого Столба — Колокол (ныне известна как Коммунар) через северную Горизонталку и западный каскад щелей Первую и Вторую Вертикалки. И.Ф.Беляк втречал 64-летнего Фролова на Столбах в 1951 году.

На Картошке. Фото 20-х годов. Еще не сброшен камень Кожура на вершине Картошки.

 

Книжный торговец Григоровский объездил всю Европу, продавая открытки Столбов.

Осень. Уже Третья Каратановская компания числом более 20 чел. переходят за Четвертый Столб, оборудовав стоянку Ша (США).

А.Л.Яворский проложил прямой ход в «Коридор Окна в Европу».

Молодые художники во главе с К.Поляшовым и А.Никулиным сбросили с Картошек Четвертого Столба Кожуру (самый верхний камень). Суд старейших покарал сбрасывателей, а заодно попало главарю Л.Хаймовичу и А.Гидлевскому за «жертвенного» бурундучка и негасимый костер.

Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Петренко Леонид Тимофеевич
Петренко Леонид Тимофеевич
Петренко Леонид Тимофеевич
Леонид Петренко. Красноярская Мадонна

Другие записи

На Столбах
Часть I. Богиня Любви Часть II. Ангел Смерти Об авторе и его повести Критик отметит, конечно, что повесть не лишена литературных слабостей. Но, согласитесь, прочитав, ее долго не забудешь. Странное, тревожное впечатление производит она. Как вы знаете, в 1908 году Владимир Афанасьевич проводил со студентами практику в районе Красноярских...
Кенсарин Иосифович Гидлевский
Кенсарина я знал как полнокровного члена нашей столбовской компании. «Столбами» назывались, да и называются теперь, выходы сиенитовых обнажений в окрестностях города Красноярска. Это причудливые скалы, на которые с 90-х годов прошлого столетия красноярские любители природы устраивали свои туристские вылазки. Причудливая обстановка выветривающихся сиенитов создавала возможности лазания...
По горам и лесам. Глава III. Снова мустанги. — Последнее поселение бледнолицых. — Искусство владеть оружием. По безводной местности. — Жажда.
Я лежал, не решаясь пошевельнуться, но нестерпимая боль в виске заставила меня открыть глаза. Первое, на чем остановился мой взгляд, было столь неожиданно, что я, забыв все недуги, радостно вскочил на ноги. — Санька! ты?! Ты жив? — Здесь нет никакого Саньки, — строго прозвучало в ответ. — Ну, Змеиный Зуб... разве тебя...
Обратная связь