Ферапонтов Анатолий Николаевич

Байки от столбистов - III. Байки от Анатолия Ильина. Птичку жалко

Ферапонтов Анатолий Николаевич

Тогда я только закончил школу и работал в художественном фонде. Как это порой бывает, все надоело разом: сложности на службе, проблемы в отношениях с друзьями и женщинами, и 7 ноября 1973 года я ушел в одиночку на Столбы, — есть до сих пор такая стоянка Аленка под Львиными воротами, — вот туда. Один и жил там целую неделю, в снегах, при минус 15 градусах примерно. На ночь заворачивался в тряпки, а днем бродил по окрестностям и потихоньку ел свое ведро супа, сваренное еще в первое утро. Достал было и бутылку водки, но как это — семнадцатилетнему парню пить в одиночку? Не стал. Зато ко мне в гости собрался весь лес: дятлы, сойки и сороки тоже претендовали на мой суп. Одну шибко любопытную синицу я поймал, ловко поставив тазик; посадил ее в стеклянную банку, закрыл полиэтиленовой крышкой с дыркой, кормил ее хлебом, и когда мне нужно было с кем-то чокнуться и поговорить — моей собутыльницей и собеседницей была эта маленькая птаха.

На третий день где-то посреди Столбов я встретил целую компанию: пара моих шапочных знакомых вместе с тюзовскими актрисами и актерами. На поясе у меня был намотан изрядный кусок белоснежного репшнура, а им хотелось взобраться не Первый столб, что без этой веревочки решительно не представлялось возможным. Я с удовольствием им помог, а они ответно пригласили меня в гости — в избу Перушка. Идти в гости без какого-то презента было стеснительно, а потому я и не придумал ничего лучше, как взять с собой подружку-собутыльницу, пташку свою. Девчушки-актрисы, конечно, завизжали от восторга, потом крышку открыли и синицу выпустили, чтобы она летала по избе.

Эта компания тоже в Перушке жила дня уже три-четыре, все были рады каждому новому человеку, а потому меня посадили за стол лучшим гостем, тем более, что я еще и новую бутылочку водки принес. Вечер был хорош: повспоминали что-то общее, помечтали о чем-то не шибко реальном, — ну, вы же понимаете, как я распушил хвост в преимущественно женском обществе. Ночевать я, несмотря на уговоры остаться, все же ушел на Аленку, чтобы понежиться в своем тряпье: мужчина я в конце концов, столбист или нет?

Утром я просыпался неспешно; поднявшись, вымел снег со стоянки и решил навестить вчерашних знакомых; они собирались в этот день уходить, но, может быть, еще застану, — чайком, глядишь, напоят. Но, как только я направился от Перьев вниз, под горку, изумился тому, что не видно крыши избы. Тогда я побежал: И прибежал на пепелище. Наверное, и пташка моя там сгорела.

Комментарий Анатолия Шалыгина: — В тот год, когда сгорела наша изба, я жил в Харькове, и о таком несчастье узнал из письма отца. Вернувшись в Красноярск, услышал от разных людей, что сожгли Перушку по распоряжению Елены Крутовской ее приемный сын Итка и Радий Никитин. Слух — не факт, однако на похоронах Джемса Дулькейта подошла ко мне Елена Александровна и сказала, в каком-то порыве откровения: извини, мол, Толя, за то, что я имею косвенное отношение к тому, что избу сожгли.

Да и к тому же — ведь как она сгорела? Не опалилась рядом ни одна веточка, а так может жечь избу только тот, кто любит Столбы и вообще природу. Похоже сгорела Искровка: пепелище, а рядом даже хвоя на соснах не обуглилась.

Анатолий Ильин

Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Ферапонтов Анатолий Николаевич
Ферапонтов Анатолий Николаевич
Ферапонтов Анатолий Николаевич
Ферапонтов А.Н. Байки III

Другие записи

Как мы на Белуху ходили. Часть II. Зимой.
Володе 13. Замысел Побывав на Белухе летом, мы возмечтали о Белухе зимней. Это предприятие высоко котировалось в туристских кругах. Кажется, до нас никто еще не взошел на Белуху зимой. Мы замахнулись на зимний первопроход. В случае успеха нам доставалась немалая слава, но и ответственность была велика. Зимой погода гораздо жестче, вероятнее попадание...
Ручные дикари. Вулька
Мать Вульки — волчица, а отец — бродячий барбос. Вот почему она умеет выть по-волчьи и может по-собачьи вас облаять. Вот почему ее первый хозяин-охотник не получил за нее премию, которая выплачивается за голову каждого добытого волчонка. У Вульки белое...
Ручные дикари. Таныш
Его принесли к нам в маленькой корзинке, с какими обычно ходят по грибы, вместе с приданым — бутылочкой молока и соской. Наверное, ему было тогда не больше одного-двух дней от роду. Весь он, казалось, состоял из ножек — необыкновенно длинных, тонких, которые беспомощно разъезжались на гладкой поверхности пола, — огромных подвижных ушей и глаз — больших,...
По реке Мане
Выше Красноярска в двадцати пяти верстах в Енисей справа впадает красивая таежная река Мана. Ее быстрые и прозрачные воды идут из белогорий, в которых на значительной высоте находятся Манские озера, дающие из себя на север р.Ману. Около предгорий на Мане расположен поселок Нарва, откуда обычно красноярцы из года в год летом спускаются...
Обратная связь