Яворский Александр Леопольдович

Михвасовка

1928 году в связи со строительством экскурсионного домика для этого района потребовался наблюдатель, и как-то зайдя в избушку Фермушку я встретил там одного человека, который оставался там после всех в одиночестве. Разговорились и я узнал, что он нигде не работает и живет у фермеров уже две недели. Я и предложил ему место наблюдателя за бараком, т.е. домом экскурсанта и вообще в районе этого второстолбовского отхода, на что он и согласился. Это был Михаил Васильевич Гладков имевший прозвище Михваса. Вот для такого наблюдателя и был построен плотниками после домика экскурсанта и этот домик, вскоре получивший прозвище Михвасовка.

Вскоре оказалось, что Михвасовка превратилась в своего рода гостиницу на Столбах.

ГАКК, ф.2120, оп.1., д.7

Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Яворский Александр Леопольдович
Государственный архив Красноярского края
Государственный архив Красноярского края
А.Л.Яворский. Материалы в Государственном архиве Красноярского края

Другие записи

Нелидовка. Выставка о репрессированных столбистах.  Виртуальная версия. Изба и около 
На выставке воссоздана атмосфера столбизма — величественная панорама Столбов, избушка, гостеприимный стол.            
Избушка братьев Безнасько (1918-1924)
Избушка находилась вблизи «Главного штаба» на северном склоне хребта. Строилась она, как говорил впоследствии Николай Безнасько, с мая по октябрь 1918 года, т.е. в течение всех пяти месяцев, которые братья Безнасько провели на Столбах в этом году. Вспоминаю одну встречу с Николаем. Это было в начале июня 1918 года. Я забрёл к «Главному...
Столбистские истории. Олеся, Олеся, Олеся…
Все знают на Столбах Олесю-альпинистку, стобистку, компанейского товарища... И в городе многие её знают — деловую, предприимчивую и т.д. Я с ней познакомился лет 20 назад. Помню, в октябре, вечером, по мерзкой дождливо-снежной погоде пришёл я на Грифы. Настроение было по погоде — мерзкое. А тут — вся коммуникабельная, складная, с голливудской...
Тринадцатый кордон. Вместо эпилога
Глубокая тишина объяла тайгу. Под тяжестью снеговой кухты склонились косматые ветви пихт, крутыми арками до самой земли изогнулись молодые гибкие березки. Небольшие елочки и старые пни надели на себя пушистые белые шапки. Мана стала, но кое-где на перекатах еще идет шуга. Пожалуй, только здесь и услышишь...
Обратная связь