Козырек 3-го Столба
Не счесть сколько посетителей столбов приютил этот гостеприимный Козырек в разное время. Впервые сюда пришли Чернышев и Суслов в 1891 году и поселились здесь временно, пока строилась Чернышевская избушка.
Приводимый здесь снимок дает нам группу красноярцев зашедших на столбы во время Избушки. Тогда здесь было что-то близкое к кладовой /отсюда и загородка/. После сожжения избушки в 1906 году Козырек снова становится самостоятельной стоянкой для многих и многих компаний. Здесь не раз строятся нары, а в советское время под Козырьком прикреплена мемориальная доска, говорящая о революционном прошлом Столбов.
ГАКК, ф.2120, оп.1., д.7
Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Яворский Александр Леопольдович
Государственный архив Красноярского края
Государственный архив Красноярского края
А.Л.Яворский. Материалы в Государственном архиве Красноярского края
Государственный архив Красноярского края
Государственный архив Красноярского края
А.Л.Яворский. Материалы в Государственном архиве Красноярского края
Другие записи
Восходители. Первый
Нам непременно следует отдельной главкой вспомнить первого красноярского альпиниста, погибшего в горах. Альберт Кадочников был, несомненно, хорошим столбистом, его друг Анатолий Шалыгин вспоминает, что тот уже до призывного возраста ходил в избу Нелидовка. В 1958 году Альберта призвали служить в горные войска ТуркВО, где специальным...
А.Л.Яворский. Стихотворения, автограф 1925-1936 гг.
А.Яворский ГАКК, ф.2120, оп.1., д.74
По горам и лесам. Глава IV. Вода. — Первый стан. Вверх по речке. — Неприятель.
Солнце палило беспощадно; дорожный песок, раскаленный полуденным зноем, даже сквозь обувь обжигал ноги; в горле у меня пересохло до того, что начало першить, а присоединившаяся к этому боль в голове позывала к тошноте. "Проклятые Столбы, провалиться б вам в тартарары!«— думал я и готов был свалиться под первым тенистым кустом; но сознание...
Легенда о Плохишах. Полный Квасец
Кто резво и громко щелкнул пастушьим хлыстом. Веки дернулись вверх, их резануло страхом. Дернулось в тугую нить тело, но расслабилось. С высокой крыши вокзала будто с лобного терема вспорхнула в небо стая городских голубей и сыпанула веером, отрицая и таежную чудь, и серую будничность. Юра аж оторопел. И чего ему спать прямо...