Петренко Леонид Тимофеевич

Красноярская мадонна. Второй Столб. Вершина Второго Столба

...Столбы нередко посещают,
Чтоб встретить солнечный восход.
Наверх заранее взлетают
И ждут как вспыхнет небосвод.

Но чу... падут на землю росы,
И в небе утро заблестит,
Во мгле очертятся утесы
И примут серый, строгий вид.

Когда же, небо озаряя,
Зардеет розовый восход,
И солнце, золотом сверкая,
Над лесом медленно взойдет,

Утесы вдруг преобразятся
И, бросив тень на мрачный лес,
В лучах восхода озарятся,
Алея в зареве небес.

Константин СУХАРЕВ.

Встреча восхода солнца Беркутами на 2-ом Столбе в июне 1914 года. Внизу справа: Н.Леушин и Таня Степанова. Вверху справа налево: Ага Свищева, Зина Шахматова, Ваня Степанов, Наташа Степанова, Лена Леушина, Лена Потехина (Алена) и ниже ее – Валя Яновская и др.

В юности автор и его друзья Вова Деньгин и Миша Мусатов, увлекшиеся парашютным спортом, загорелись идеей прыгнуть со Второго Столба с парашютом. Не раз, взобравшись на вершину утеса, упиваясь красотой гибельной вертикали, на полном серьезе обсуждали детали прыжка. Ясно было, что здесь не успеть раскрыть купол основного тогда парашюта, надежнейшего ПД-47. Планировали полет на малом запасном парашюте, предварительно раскрыв и растянув купол и расправив стропы. Прыгать планировали с Галиной площадки. К счастью, юношеские героические бредни расстроила малость: отсутствие парашюта.

Прошло 35 лет — мир заполнили спортивные парашюты, дельтапланы, парапланы... И вот явился Владимир Каратаев: столбист, альпинист, гималаист... Человек, подмявший под себя несколько восьмитысячников, решил однажды душевное парение альпинизма перелить в реальный крылатый полет. 22 июня 1997 года он при поддержке друзей совершил полет на параплане со II Столба.

Когда-то на вершину Второго Столба можно было подняться по деревянной лестнице. Лестница нисколько не нарушала принципа «чистого лазания», провозглашенного столбистами. Столбисты лазили себе по своим скальным ходам, а гости имели возможность взглянуть на «Край причудливых скал» с высоты птичьего полета. Теперь же лестницы нет и многим горожанам не под силу взобраться на утес.

Насколько богаче и значительнее стало бы путешествие по заповеднику, увенчанное вершиной Второго Столба! Насколько ярче засветилось бы в душах красноярцев чувство Родины! Каждый японец считает своим долгом хоть раз в жизни взойти на священный вулкан Фудзияма. В колоннах паломников — восходителей идут все: и юные молодожены, и старики-пенсионеры. Идут всю ночь, чтобы встретить утро на вершине. Какой яркий пример самосознания нации! Да ведь и мы не «лыком шиты». Нам ли, детям Красноярской Мадонны, плакать об утрате идеалов и сетовать о том, что не на чем воспитывать новое, молодое поколение!

Вершина Второго Столба издавна славится как лучшее место для встречи восхода солнца. Столбисты народ щедрый и охотно поделятся своим солнечным богатством. Художники, коими так богат Красноярск, начертят изящные эскизы «Солнечной лестницы», чтобы творение рук человека вписывалось в божественное творение гранитных камней. Восстановление лестницы превратит Второй Столб в российскую святыню восходящего солнца!

Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Петренко Леонид Тимофеевич
Петренко Леонид Тимофеевич
Петренко Леонид Тимофеевич
Леонид Петренко. Красноярская Мадонна

Другие записи

Были заповедного леса. Наши первые. Как это было (История одного научного опыта)
Когда я была еще девочкой, меня неотразимо влекли к себе «белые пятна» географической карты. Самой чудесной профессией на свете казалась мне профессия ученого путешественника — открывателя неведомых земель. Но «белые пятна» существуют ведь не только в географии. Каждая отрасль науки имеет свои, еще неосвоенные «островки» знания. Каждый...
Тринадцатый кордон. Вместо эпилога
Глубокая тишина объяла тайгу. Под тяжестью снеговой кухты склонились косматые ветви пихт, крутыми арками до самой земли изогнулись молодые гибкие березки. Небольшие елочки и старые пни надели на себя пушистые белые шапки. Мана стала, но кое-где на перекатах еще идет шуга. Пожалуй, только здесь и услышишь...
По горам и лесам. Глава IV. Вода. — Первый стан. Вверх по речке. — Неприятель.
Солнце палило беспощадно; дорожный песок, раскаленный полуденным зноем, даже сквозь обувь обжигал ноги; в горле у меня пересохло до того, что начало першить, а присоединившаяся к этому боль в голове позывала к тошноте. "Проклятые Столбы, провалиться б вам в тартарары!«— думал я и готов был свалиться под первым тенистым кустом; но сознание...
Обратная связь