Прощай же, любимый наш город
Прощай же, любимый наш город,
Столбистское племя зовет
Туда, где скалистые высятся горы,
Туда, где веселый народ.
Снимай выходные штиблеты,
Надежней столбистский наряд:
Кушак, шаровары, галоши, жилеты,
Наполним едою рюкзак.
Пройдем Лалетинской дорожкой,
И «Чертовый палец» пройдем,
Устав «Пыхтуном», попыхтев, и немножко
У «Хитрого пня» отдохнем.
Уж в небе потухли «Плеяды»,
Туманы плывут над тайгой,
Нас утро встречает бодрящей прохладой,
Скорей на восход, на Второй.
Залезем туда «Сарачевкой»,
«Леушинским», может, взойдем,
Но все-таки с легкой столбистской сноровкой
Вершину к восходу возьмем.
Лишь солнце взойдет над тайгою
Туманы плывут по земле,
Сверкает заветное слово «Свобода»
На серой гранитной скале.
А.Р.Линде, Б.Н.Абрамов, 1948 г.
Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Владелец →
Предоставлено →
Линде Ан. Р.
Абрамов Борис Николаевич
Абрамов Борис Николаевич
Абрамов Борис Николаевич
Абрамов Борис Николаевич
Другие записи
Ручные дикари. Выстрел в лесу
Косули — самые грациозные и милые из наших оленей. С первого взгляда, все они одинаковы: у всех черные «дерматиновые» носики, блестящие черные глаза, длинные загнутые ресницы, рыжая шерсть (зимой она принимает пепельный оттенок), длинные ножки, такие тонкие, что просто непонятно, как они не подламываются на бегу, и полное...
Ручные дикари. Кон-тики
Между пальчиками Кон-тики — на смешных коричневых с розовыми пяточками лапках — перепонки. Длинное тельце покрыто плотным блестящим коричневым мехом. Стоит Кон-тики отряхнуться после купанья — вода скатывается с его шерсти прозрачными каплями, и зверек уже снова сухой. Маленькие ушки плотно прижаты к круглой, как у выдры, головке. Только...
Ручные дикари. Чуча
Чуча — белка-летяга — таинственное, как лесные сумерки, тихое существо. Живет она у нас дома, в маленькой клетке у окна. Днем клетка кажется пустой — только на полу ровным слоем, совершенно плоско, лежат сухие листья. В сумерках листья начинают шуршать и шевелиться: Чуча просыпается....
Тринадцатый кордон. Вместо эпилога
Глубокая тишина объяла тайгу. Под тяжестью снеговой кухты склонились косматые ветви пихт, крутыми арками до самой земли изогнулись молодые гибкие березки. Небольшие елочки и старые пни надели на себя пушистые белые шапки. Мана стала, но кое-где на перекатах еще идет шуга. Пожалуй, только здесь и услышишь...