Касаткин А. Красноярский рабочий

Вокруг свистели камни

Идите туда: там опасно!

По южной стене на пик Коммунизма (7495 м) — высочайшую вершину страны еще никто не поднимался. По отзывам многих альпинистов — гиблое место. Чрезвычайно опасный маршрут. Не случайно обходят его стороной. Молодых предупреждают: не ходите туда — погибнете. Известный горовосходитель, а ныне гостренер СССР В.Шатаев в своей книге «Категория трудности» утверждает, что восхождение на пик Коммунизма по южной стене — безрассудство.

— Это не трусость. Это трезвый и объективный взгляд на существо дела. — Николай Захаров, мастер спорта международного класса, пятикратный чемпион страны, на какое-то мгновение задумывается. — По степени риска мы, альпинисты, пожалуй, чем-то сродни парашютистам. У них — как уложишь парашют, так и приземлишься. У нас — плохо вбил крюк, ненадежно подстраховался — беды не миновать. А сюрпризы самих гор? Как их учесть?

Он знает, о чем говорит. Шестнадцать лет своей жизни отдал альпинизму. Дважды чудом уходил от смерти. Так что для нового восхождения подбирал в команду парней под стать себе — опытных, надежных. Не раз проверенных в трудном и опасном деле. В альпинистской судьбе каждого были трагические минуты. Но, пережив их однажды, человек уже никогда не делал ошибок.

В прошлом году в горах Центрального Тянь-Шаня при восхождении на пик Погребецкого шедший впереди Владимир Лебедев неожиданно сорвался — не выдержал крюк. Он пролетел 45 метров. Товарищи «поймали» его на нижней страховке и спасли жизнь. Но Лебедев при падении повредил позвоночник, получил серьезное сотрясение мозга. Казалось, теперь альпинизм для него — закрытая книга. Он так не считал. Вылечившись, снова отправился в горы, на пик Коммунизма. На южную стену.

Поднимались шестеро — Николай Захаров, Владимир Лебедев, Сергей Антипин, Александр Кузнецов, Алексей Гуляев, Николай Сметанин.

— Снег, лед, стена отвесная — разрушается. Камни сверху со свистом проносятся вниз, — рассказывает Н.Захаров. — Мы поднимались, и вокруг нас свистели камни. На большой высоте встретили сложные участки. Очень тяжелое лазание. К тому же там большие перепады температур. Днем — тепло, ночью — холодно. И погода стояла плохая — шел снег.

— «Лучше гор могут быть только горы» — это одна песня. А есть я другая — «И когда ты упал со скал...». Не страшно шагать между жизнью и смертью? — спрашиваю Захарова.

— Есть чисто спортивный интерес, который толкает вперед — преодолеть неведомое. Еще в 1987 году мы собирались на пик Коммунизма. Но так и не отважились. Если только природа не сыграет с тобой злую шутку — землетрясение, обвал, лавина, — можно уберечься. Безопасность восхождения, считаю, на девяносто процентов зависит от самого альпиниста. Ошибаться нельзя. А вот если попал под лавину — все зависит от его величества случая. Например, среди погибших в июльской трагедии на Памире мог оказаться и я.

— Вы там были?

— Да. Поднимался на пик Ленина. Но за четыре часа до случившейся беды успел спуститься вниз.

— А у вас не было предчувствия надвигающегося несчастья?

— Как вам сказать, мне, однако, показалось странным, что альпинисты выбрали для общего лагеря не совсем безопасное место. Представьте большую снежную «сковороду» и на ней около двадцати палаток. Когда пошла лавина, убежать было просто невозможно. Она мчалась вниз шириной около километра. И это на высоте 5300 метров.

— Вы видели, как все произошло?

— Нет, но свидетели остались. Например, под снежным склоном пролегала тропа, по которой альпинисты и уходили на «сковороду». Вот здесь и разбили свой лагерь англичане. До своей смерти они не дошли буквально метров десять. Вечером услышали шум катившейся лавины. Но был снегопад, и они только слышали отчаянные крики гибнущих людей. Ведь там погибли 42 человека. Величайшая трагедия. Утром англичане спустились вниз и обо всем рассказали.

— Мне все-таки непонятен такой фанатизм к горам...

— Все познается в сравнении. Знаете, когда я вижу на протоке Енисея при сорокаградусном морозе у лунок фигурки рыбаков, у меня мороз по коже. Зачем им это надо? Но ведь сидят же! Значит, человеку надо быть там. Так и у нас. Ведь горы не только калечат, но и исцеляют душу, учат взаимовыручке, настоящей мужской дружбе. Если бы я не занимался альпинизмом, просто бы обокрал себя. Разве у меня было бы столько настоящих и верных друзей? Случается, встретишь человека, с которым когда-то ходил в горы. У того теперь свои дела, семейные заботы. Кажется, о чем говорить — все в прошлом. Но мы как сядем, начнем вспоминать — до утра.

Понимаете, экстремальная ситуация в горах обязательно выявит сильные-слабые человеческие качества характера. Бывает, там человек настолько меняется — здесь вроде добрый, сердечный, отзывчивый, а там... Характерный факт: у нас никогда из альпклуба никого не выгоняют. Всех, кто к нам приходит, принимаем. Уходят сами. Съездил в горы, походил, посмотрел и все понял — не туда попал.

— Не хотел бы опускаться до банальности, но все же скажите: взгляд с высочайшей вершины страны — это красиво?

— Потрясающе! Нынче, достигнув вершины, мы просидели там часа три. Согрели чайку и смотрели как завороженные. Но нам хоть под конец повезло. С одной стороны светило яркое солнце, с другой — шел снег. И какая-то неведомая граница пролегала между ними. Снег, достигнув этой определенной черты, за нее не перелетал. Вот мы и присели на солнечной стороне. Но когда два года назад вечером спускались с пика Хантенгри, то наблюдали необычный закат солнца. Его лучи пробивались между слоистыми облаками, и при этом возникали совершенно необыкновенные фантастические цвета. На земле их увидеть невозможно. Солнце садилось — цвета менялись. Хотел сфотографировать, но как назло кончилась пленка. Мы сели и часа полтора любовались волшебным зрелищем. Все напоминало картины Рериха. Он жил в Гималаях и мог наблюдать нечто подобное. А вообще мы, альпинисты, не любим восторгаться увиденным вслух. Как-то у нас это не принято. Выход в горы — не прогулка, а очень трудная работа.

А.Касаткин
(наш корр.)

Красноярск

«Советский спорт» от 28 ноября 1990 г.

Материал предоставлен Б.Ганцелевич

Автор →
Предоставлено →
Касаткин А. Красноярский рабочий
Ганцелевич Б.

Другие записи

Злой дух горы Чо-Ойю
Чо-Ойю — этот гималайский гигант высотою 8201 метр недавно покорился российским альпинистам, среди которых были красноярцы Николай Захаров, Владимир Лебедев, Петр Кузнецов и Ирина Миллер. Восхождение было сверхрискованным и сложным. Мало того, что предпринято она было по неприступному восточному гребню, «отвергшему» пять предыдущих экспедиций, —...
Флаг Красноярского края побывал на вершинах Альп
Красноярская команда альпинистов доказала свое мастерство мирового уровня. Флаг Красноярского края побывал на вершинах гор в Альпах. Благодаря спортивному проекту красноярской команды с покорением трех технически сложных стен, о профессионализме красноярских альпинистов узнали во всей Европе. За реализацией проекта пристально следила как российская, так и европейская пресса....
«Столбы» - уникальный узел геологических формаций
Под крылом ЮНЕСКО В Красноярском рабочем" уже сообщалось о том, что международная организация ЮНЕСКО (структура ООН) вслед за Саяно-Шушенским заповедником берет под свое крыло и красноярские Столбы. О подробностях, связанных с проек­тами, будущим развитием этих уникальных территорий, рас­сказывает заместитель губернатора...
“Зуб Дракона” - я - “Звездный”, прием…
Экстремальная ситуация На шестичасовую связь команды, находившиеся на стене Зуб Дракона не вышли, а по отдельным сообщениям дневного четырехчасового сеанса получилась такая картина: Коханов-Кузнецов преодолели подъем, достигли вершины, но в густом тумане не могли найти путь для спуска по гребню;...
Обратная связь