Столярчук Н. Очевидец, Комок

Обгоревшие зайцы плачут как дети

На Столбах пожар не пощадил ни леса, ни зверей

Без экскурсионных групп, возбужденной детворы и воскресных отдыхающих на Столбах непривычно тихо. Из-за пожаров заповедник закрыт по меньшей мере до начала июня

Правда, сизая дымка, тянувшаяся до самого Академгородка, немного развеялась. Да и сами пожары поутихли. К выходным в заповеднике остался лишь один очаг возгорания, но и его почти удалось потушить. Теперь все зависит от погоды: будет стоять прохладная и безветренная — можно перевести дух. А вот если жара, да еще ветер, умеющий так хорошо раздувать почти потухшие угли... Об этом работники «Столбов» даже думать боятся...

Сам директор заповедника только в четверг прилетел из командировки, так что в борьбе со стихией ему участвовать не пришлось. С нами разговаривала заместитель, Ирина Яковлевна Смирнова — молодая, красивая женщина, очумевшая от недельного недосыпания и нервотрепки, сжегшая себе горло горячим едким дымом...

— Мы с 17-го числа носимся как угорелые, сегодня первый спокойный день выдался. Пожар пошел со Змеиного лога и сразу захватил 12 гектаров. Потом стал гореть Малый Такмак, запылало все около смотровой площадки, по Моховому ручью вспыхнул валежник... А 19-го огонь пошел вдоль канатно-кресельной дороги. «Канатники» очень боялись, что обгоревшие деревья начнут падать на саму дорогу, начали искать трактор — стволы оттаскивать. Слава богу, обошлось. Но выгорело очень много леса...

Ирина Яковлевна раскладывает карту — на ней карандашом отмечены места, где начался пожар. Очень странно — крестики стоят практически в ряд, на равном расстоянии друг от друга.

— Такое впечатление, что человек шел и бросал горящие спички, — говорит заместитель директора. — Ужасающая безответственность. Или...

— Поджог?

— Вряд ли мы об этом узнаем точно. Из разговоров с милицией стало ясно — поджигателя мы в любом случае не найдем. Работники правоохранительных органов лишь руками разводят: мол, факт поджога доказать сложно, практически невозможно. А вот владельца дачи на Мраморном карьере к ответу, надеюсь, призовем...

Оказывается, когда поступил сигнал, что горит в районе Мраморного карьера, лесники помчались туда и выяснили: пожар начал распространяться с одного из дачных участков. Видно, работники владельца дачи (если можно так назвать двухэтажный навороченный коттедж) жгли мусор. И не удержали огонь — по сухой траве он моментально перекинулся на лес. Теперь милиция ищет хозяина коттеджа, а когда найдет, руководство заповедника намерено подать на него в суд. Конечно, никакого тюремного наказания за поджог охраняемой заповедной зоны не предусматривается — виновный отделается штрафом рублей в шестьсот.

— Последний крупный пожар случился у нас в 1999 году. Потом несколько лет мы отделывались «малой кровью». И вот теперь... Выжжено около 180 гектаров, теперь природе придется зализывать раны много лет. Я уже, честно говоря, боюсь в руки рацию брать — вдруг опять где-то горит.

Тут надрывно верещит эта самая рация, и Ирина Яковлевна и впрямь подпрыгивает на стуле. Усталый голос из черной коробочки говорит, что пока все спокойно. Женщина расслабляется. Звонит телефон.

— Что? Да. Нет. Нет. Обратитесь к директору. Нет, я не могу. Нет.

Заместитель директора кладет трубку и фыркает:

— Экскурсия к нам просится. Ну уж нет, сейчас я в заповедник никого не пущу! Если только с нашим экскурсоводом — он, по крайней мере, не позволит туристам беды натворить!

Экскурсовод-эколог Елена Старцееа смотрит на меня больными глазами. Говорит тихо — у нее, как и у начальства, горячий воздух сжег связки.

— Лес жалко. До слез. На выжженной земле подлесок только через семь лет начнет подниматься — в лучшем случае. А чтобы та же сосна или лиственница восстановились — не меньше 200 лет нужно. А птицы, звери — с ними как быть? Птицы-то уже гнезда свили. Сторожат их, до последнего не улетают. Случалось, нам линию огня всего в полуметре от гнезда останавливать приходилось. А иногда не успевали. И тогда гнезда вспыхивали, как свечки. Вместе с птицами. Маралы, мишки — тоже не все из горящего леса вышли. И зайцы. Вы когда-нибудь слышали, как кричат обгоревшие зайцы? Они плачут. Тоненько так, как дети... Смотришь на них и думаешь: что ж мы, люди, за звери такие?!

На канатно-кресельной дороге пахнет дымом. Зеленая трава — и горелые черные проплешины. Сразу видно, где прошел верховой пожар, а где — низовой. По бурым сожженным листьям и зеленой траве, или наоборот — по уцелевшим верхушкам и рассыпанному по земле пеплу.

Десятки муравейников застыли грудами мертвого пепла. Оставшиеся в живых муравьи раздраженно шныряют вокруг, пытаясь спасти хоть что-нибудь из уцелевшего имущества.

— Их тоже много погибло, — кивает на черных малышей Лена. — Это ж на удивление упрямые насекомые, они никогда не покинут свой дом, если не выстроили новый. Сгорят, но не уйдут! В худшем случае пережидают беду в подземных ходах, в самых нижних слоях муравейника. Вот только огонь в этом году и нижние слои не щадил...

Сгоревшие муравьиные домишки перемешаны с мусором. Господи, сколько же его здесь! Банки от коктейлей, бутылки из-под пива и водки, полиэтиленовые пакеты, разбитые термосы, ошметки салфеток, окурки, одноразовые стаканчики — порой из-под них травы не видно... Только за одну неделю работники канатки собирают со своей территории до 40 огромных кулей мусора: «царь природы» и «венец божьего творения» — человек отдыхает, ни в чем себя не ограничивая. Увидев такое, я сразу подумала, что Лена не права. Мы не звери. Ведь звери во многом лучше нас. Это только человеку может прийти в голову так издеваться над природой. Честное слово, мы недостойны нашего чудесного заповедника.

Когда номер уже сдавался в печать, я еще раз связалась с Ириной Яковлевной. Оказывается, на Столбах опять ЧП: совсем было погасший пожар на Мраморном карьере, где огонь пошел от коттеджа, вспыхнул снова:

— В воскресенье до 11 вечера тушили. Видно, осталась где-то искорка, а ветер ее раздул. Нам эта дача несчастная, ей Богу, долго вспоминаться будет!

Есть и хорошая новость: удалось найти владельца усадьбы. Правда, сам он оказался крутым коммерсантом и с руководством заповедника разговаривать не пожелал. Его городской адрес и телефон удалось добыть через председателя садового товарищества. Теперь заповедник подаст на него в суд. Вот только выиграет ли дело?

Надежда Столярчук
«Комок». «Очевидец», № 21, 25.05.2004 г.

Автор →
Столярчук Н. Очевидец, Комок

Другие записи

Вестник "Столбист". № 6. Тамара Стекольщикова
Я полюбил их так, Как любят друга, Как любят женщину, Как собственных детей. И все часы свободного досуга, Я отдал царству сказочных камней. А.Л.Яворский Конец семидесятых, начало восьмидесятых были триумфальными для красноярских скалолазов. Командные победы подтверждались чемпионскими званиями дружной команды. И, что удивительно, в сборной,...
Из научного архива кафедрырусского языка
Презентация рубрики Воспользовавшись модным словом «презентация», мы хотели бы открыть новую рубрику и пригласить к участию в ней всех. Сегодня (и еще несколько номеров) в названии рубрики позицию «вместо точек» займет КАФЕДРА РУССКОГО ЯЗЫКА, но вообще-то в замысле она может...
Марш на Столбы!
Четвертый год подряд красноярский заповедник «Столбы» принимает участие в международной акции «Марш парков». Идея пришла из Америки в 1995 году, и с тех пор ее поддержали десятки тысяч человек. Вообще-то, в самих штатах все началось еще раньше — в середине XIX века — с простого озеленения территории. Со временем акция приобрела экологический характер,...
Щедрость природы не безгранична
Теперь уже трудно сказать, какая из статей, поднимающих проблему наших красноярских «Столбов», послужила поводом для большого взволнованного разговора. Почти каждый день редакционная почта приносит письма-отклики на выступления газеты спортсменов-скалолазов, школьников, специалистов и просто любителей природы. Вопрос этот тем более актуален, что зима кончилась,...
Обратная связь