Чертова кухня
С западной стороны так называемого Богашевского камня у Первого столба была стоянка под таким названием. Это просто углубление и навес основного камня над грудой камней, образующих это углубление. Никаких нар здесь не существовало, спали на земле, подослав ветки и мох. Организаторами была молодежь, перешедшая затем в другие компании.
ГАКК, ф.2120, оп.1., д.7
Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Яворский Александр Леопольдович
Государственный архив Красноярского края
Государственный архив Красноярского края
А.Л.Яворский. Материалы в Государственном архиве Красноярского края
Государственный архив Красноярского края
Государственный архив Красноярского края
А.Л.Яворский. Материалы в Государственном архиве Красноярского края
Другие записи
Ветер душ. Глава 1
Стоял теплый, весенний вечер. Мы — лбы-переростки от скуки резались в мослы. На сгущающиеся сумерки всем плевать, а уроки попозже. Надвигаются праздники, за ними и лето. Весна не осень. Она несет ощущение движения. Как приятен воздух ее. Я могу снять пиджак и идти в одной рубашке. Свежий ветер еще холодит грудь, но спину...
Легенда о Плохишах. Народные гуляния
— Мужики! — взвизгнула обрадованная Ленка и кинулась прибывшему на широкую грудь. — Мужики! Невозмутимо улыбающийся гигант осторожно взял девку подмышки и усадил попом на нары. Его загорелая до дыр рожа светилась довольством и домашней радостью. Сзади Лебедя подпирал здоровенным кулем Захар. За ним Кузьма, Никодим, Валера Болезин. Изба сразу...
Были заповедного леса. Люди и зверушки. Крокодил
(Из моей записной книжки) — Расскажите нам о ваших милых зверушках. Что-нибудь самое-самое интересное. — А если я расскажу вам о вас, дорогие друзья? Толстяк в городском костюме. Портфель, мягкая серая шляпа. Приехал на личной машине. Ходит по Уголку со скучающим, брюзгливым выражением лица. — А где у вас крокодил? — Крокодилы у нас...
Столбы. Поэма. Часть 12. Третий
Посвящается Митяю Каратанову Золотого времени яркие счастливые Пронеслися бурею молодые годы, И остались к старости грустно-сиротливые, Осени подобные, тихие погоды. Весь в воспоминаниях о былом о времени Замер Третий, дремлючи под хребтом хожалым, И в его раздвоенном том гранитном темени Копошатся в памяти думушки немалые. И пытают думы те по тропе...