Тронин Владимир Александрович

Сказания о Столбах и столбистах. «Изюбри»

Шалыгин Анатолий Алексеевич

У этой главы даже название писать не хочется, как обязаловку брать. А писать надо. Если «Голубку» на 20-летний юбилей готовить, то остается последняя крупная глава. Итак, приступим.

Когда росла и укреплялась «Голубка», то рядом с ней на дружеских вассальных правах подрастала молодежная компания.

Входил туда на правах, если не начальника, то шибко активного члена младший брат Сергея Баякина — Андрей, по кличке Саид. Учился в Мединституте. И хоть был менее ходячим бродягой, чем старший брат, но Столбами тоже не брезговал. Сначала они толкались около избы, но было тесно. Потом забились в дикий угол, левее «Нелидовки» и «Музеянки» и назвали стоянку «Изюбрь». Может, и правда, там изюбри бегали. Сначала стояла зеленая палатка, затем — засыпушка с брезентовой крышей.

Компания росла. Хоть в «Медее», в основном, цивильная золотая молодежь, но повеселиться на Столбах считалось хорошим тоном. Вот и собрались очень культурные ребята: Саид, Плющев, Махрявый, Перец и прочая, и прочая. Где медики, там спирт, там девочки. Там гоняются за ночными пьяными бандитами. И на скалы выходили, по ходам лазили постоянно и зимой до вершин добирались.

Хоть и составляли медики костяк коллектива, но подходили и люди со стороны. Попал в избу Саша Евстигнеев, выпускник КГУ по кличке «Борода». Всяко у него в жизни было. И в горы ездил, и энцефалитом болел. Раньше любил зимой в палатке под «Манской стенкой» отдыхать. И ничего, не замерз. Попал Саша в избу и стал неформальным лидером. Мужик спокойный, умный, с людьми говорить умно мог. И с начальством заповедным поладил. И стала изба уже легально, правда, без бумаг.

Тяжело пришлось «Изюбрам», когда наседали Абреки. Они всегда там, где пахнет водкой. И ножами махали, и били немного. Правда, тут «Голубка» поддержала братскую избу. Сходили к Абрекам, поговорили, предупредили. Хоть и приходили, немного куражились, но каких-то избиений и погромов удалось избежать.

Репутация веселой, гулеванной избы, понятно, привлекала многих. Гости ползли всегда и отовсюду. Тут как раз отцы-основатели кто — институт кончать собрался, кто — отходить стал. А тут еще Борода женился, реже стал ходить. В избу стали ходить кто попало. Попала она в немилость к властям. Хотя новая администрация в лице Косинской их терпела, но предупредила — без наведения порядка избе не стоять. Хитрый Борода, посоветовавшись со «стариками», рискнул пойти на эксперимент, доселе на Столбах не применявшийся. Коллектив избы «Изюбры» заключил договор с секцией альпинизма Политехнического института по следующим пунктам:

1) Студенты-спортсмены по договоренности с хозяевами ходят с ночевками в пятницу и субботу в нормальном количестве (чтобы всем места хватило). Во время каникул живут среди недели на сборах сколько нужно.

2) Хозяева избы, ночуя вместе со студентами, относятся к ним, как к своим, не устраивают пьянок, дают поспать.

3) Когда у хозяев 1 раз в месяц загул, студенты не приходят на ночь.

Конечно, эти пункты в бумагу договора не вошли. На бумаге было все как надо.

Эксперимент длился год. И удался он на славу. Молодые неокрепшие души первокурсников, только что пришедших в секцию, совратил ярко балдежный мир столбовской богемы. Они прижились в избе и в спорт не пошли. Более того, их жизнь пошла по кривой. Из института они вылетели, бичевали, служили, потом кончали вузы где и какие могли. Семейная жизнь у них тоже не сложилась. Они доказали своей судьбой, что для слабой души Столбы в большой дозе — яд.

Зимой 1979 г. вышел из зоны Цыган, посаженный последним из Абреков за бои 1972 года. Его ждали Абреки. В разговорах со столбистами говорили: «Вот придет Цыган, мы тут всем покажем веселее, чем в 1972-м». Ждали и столбисты. Как поведет себя после всего. Цыган вышел и тихо прижился в «Изюбрах». Ночевал там иногда с одним-двумя молодыми Абреками. Вел себя спокойно, присматривался.

Но вот вышел тяжелый случай в «Искровке». 31 августа именно из «Изюбров» пошли Цыган и Доманцевич в «Искровку». Снова стали власти коситься на «Изюбров».

Конечно, мы не каждый выходной были в «Изюбрах», где собирался всякий сброд. «Старики», когда собирались, в избе наводили порядок. Изба была большая. Там было особенно хорошо летом и осенью. Мы водили туда на каникулы школьников из детской спортивной школы. На каникулах мы жили там зимой и летом по неделе. И все было хорошо. Дети просились туда еще.

В феврале 1982 года все избушки на Столбах принимали команды всех республик, приехавших на Спартакиаду народов СССР. По уговору с хозяевами («Изюбров») туда на день отдохнуть после осмотра скал заходила команда Эстонии. Они остались довольны. Долго визжали и фотографировались.

А на ночь мы пригласили большое динамовское начальство. Больше всего им понравилось, что на свежем воздухе пьешь — и не пьянеешь. А при желании можно в снегу покупаться. Потом, вообще, как молодой.

Приглашали мы в «Изюбры» (среди недели изба была пустая и без замка) спортсменов-саночников и бобслеистов со всего Союза. Потом, когда наши приезжали к ним, их там встречали лучше, чем других. Новая администрация Столбов начала прижимать столбовскую вольницу. Уже раскатали «Саклю», снесли «Перушку», сожгли «Музеянку». А «Изюбри» стояли. И было там не всегда тихо.

2 августа 1982 года в свой день рождения я заглянул в «Изюбри». Сами ребята из избы где-то лазили. Там был Цыган с женой и дочкой. Цыган меня поздравил, подарил какую-то приятную безделушку. Я пошел дальше в «Голубку». Цыган остался. Только дошел я до «Грифов», приходят туда наши и говорят:

— Встретили Цыгана сильно избитого. Избили «свои» же Абреки.

После этого Цыган чуть не застрелил ночью старого «изюбра» Фросю.

Как-то летним вечером сидели «Изюбри» на своей летней кухне. Играли на гитарах, пели, ждали ужин. Что важно — были все трезвые. И этот мирный вечер испортили пьяные Абреки. Пришли, стали вымогать водку. Водки не было. Начали задираться. Сидел у костра симпатичный юноша Саша. Он был в белой рубашке и шляпе. Один из Абреков бросился на него. Все пытается ударить и никак не попадает. А Саша тихо сказал: «Это делается так», и очень быстро ударил. Абрек упал. Другие схватились за ножи. Саша прыгнул в кусты. Исчез в вечернем сумраке. Абреки его немного поискали. А он в это время сидел тут же, но без шляпы и в большой штормовке. Абреки его не узнали. Он был новый человек на Столбах. А до этого 2 года в десанте каждый день кулаками стучал.

Ходил в «Изюбры» симпатичный сильный юноша Саша по кличке Отец. Учился в Мединституте. Любил полазить по скалам, сходить в походы. Как-то видит — у ботинок-вибрамов подошва стерлась. Надо новые, а денег нет. Кто-то сказал, что на подошвы хорошо протектор от авто— и мотошины.

Где их взять?

Да вот, гаражик знаем, там лежат.

Замок открыл легко. Шины взяли и еще то, что там было. Понравилось. И начали... Потом и до квартир дошло. Саша в этом особенно преуспел. Талант хирурга и на замки подошел.

Наш друг Шмага из «Искровки» тогда в милиции служил. Встретил нас с другом на Столбах и начал хитрую речь:

— Вы знаете, что Отец квартиры чистит?

— Да слышал что-то. Это так серьезно?

— Да, серьезно. Несколько десятков за ним. Но страшно другое — он залез на чужой участок. Это участок некоего Бондаря. Очень жестокий человек. Может убить. Короче, увидишь Отца, скажи, чтобы ко мне сам пришел. Так лучше — целее будет.

Отца мы не видели. Потом дошли до нас такие вести. Отца Шмага вычислил у кого-то в гостях. Помог ему оформить явку с «повинной». Саша сдался.

В охране тюрьмы работал тогда столбист из «Голубки» Володя по кличке Литеха. К нему домой заявилась делегация от «Изюбров». В основном, сердобольные дамы-медички. Разговор пошел на такой предмет:

— Завтра Сашу к вам в тюрьму привезут. Помоги ему, чем можешь, пока он под следствием. Хоть и воровал, но человек хороший, столбист все-таки. Тем более, вы давно знакомы.

Столбистская молва так описывает этот волнующий момент.

Сашу привезли. Вова его встретил и попросил взять на недолго в свой кабинет. Достал из сейфа коньяк, налил Саше. Поздравил с прибытием, снял первое напряжение. А потом задумался: «Как помочь? Что придумать?» Выход нашелся неожиданно. Володя работал в охране отдела несовершеннолетних — «на малолетке». А там по штату есть должность типа воспитателя из заключенных. Вот и взяли туда Сашу на время следствия. Кто там был, говорят, что «на малолетке» сплошной кошмар. Они грязные, блатные. Не моются, почти не стригутся. И вот, утром приходит к ним дядя. В белом халате, со стетоскопом. Им говорит:

— Я тоже, как вы, под следствием. Но меня попросили. Я буду вас лечить и жизни учить.

Видно, Саша был еще и прирожденный педагог. Через некоторое время приехала в наше СИЗО комиссия МВД. По проверке именно детских отделов. И увидели невиданное в других тюрьмах Союза. Юные зеки маршировали в строю довольно чистые, послушные, чуть не пионерские песни поют. И под командой воспитателя в белом халате. Узнали, оценили. Дали Саше хорошую характеристику. Он так ловко все организовал, что после суда попал не на зону, а на «химию» в Саянмраморе, тоже доктором. В командировки часто ездил, то за лекарствами, то больных сопровождал. А по пути бес попутал — заходил иногда Саша в квартиры и поскольку ключей у него не было, приходилось открывать, как мог. В общем, наездил Саша себе шесть лет зоны.

А потом пришел такой же бодрый и веселый. Видели его на Столбах. Правда живет не в Красноярске.

Дело Отца, пожалуй, лучше выделить в отдельный рассказ серии «Столбы и столбисты». Опыт портрета. Это сюжет в стиле О ’ Генри. Столбист — сын столбиста — вор, столбист — охранник.

«Изюбры» стояли. Народ в них веселился. Но чувствовали, что стоять им не долго.

И вот, в июне 98-го мы приехали со сборов. Пошли с ребятами на Столбы, хотели зайти ночевать в «Изюбры», залезли на Первый столб и видим в том направлении клубы белого дыма. Сразу поняли, что это горят «Изюбры». Хоть и балдежная изба, а жалко. Сколько все-таки с ней связано.

Несколько раз собирались изюбровцы в городе и на Столбах. Пользуясь новым законом, хотели взяться восстановить избу. Но, видно, одного хотения мало. То ли постарели, то ли поняли, что строить избу просто так для балдежа без идеи — не стоит тратить сил. Впрочем, поглядим. Ведь большинство из коллектива избы живы-здоровы и совсем не старики. И если восстановят «Изюбры», мы снова соберемся и вспомним старину. И приготовимся написать о новых делах.

Попутно стоит упомянуть о развлечениях на «Изюбрах». В разных избах народ разный и отдыхают по-разному. В «Изюбрах» так же играли на гитарах и пели. Так же выдавали рассказы в жанре художественного трепа. Еще любили там соревноваться в анекдотах. Явление на Столбах довольно редкое. И уж нигде на Столбах не видел я за 30 лет, чтобы играли в пантомиму. Взрослые мужики и тети, многие институт закончили. А разойдутся, до утра не остановятся. Рев, балдеж, похоже на акт коллективного сумасшествия. Со стороны очень интересно. Да, и вообще, коллектив умел веселиться даже без алкоголя, что так редко в наше время.

В.А.Тронин

Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Тронин Владимир Александрович
Деньгин Владимир Аркадьевич
Деньгин Владимир Аркадьевич
Боб Тронин. Сказания о Столбах и столбистах

Другие записи

Горы на всю жизнь. Горы покоряются сильным. 4
В.М.Абалаков наряду с горовосхождениями и научными занятиями успевает вести огромную общественную работу. Много лет был членом правления Общества советско-австрийской дружбы, работал здесь рука об руку с его президентом, великим советским композитором Дмитрием Шостаковичем, народным артистом СССР Михаилом Жаровым и другими замечательными людьми. То была плодотворная работа,...
Восходители. Александр Бекасов
[caption id="attachment_32064" align="alignnone" width="181"] Ферапонтов Анатолий Николаевич[/caption] Год рождения 1958, КМС, в команде с 1994 года. По роду занятий Саша — коммерсант, имеет свой магазин, торгует продуктами. Естественно, команда назначила его ответственным за провиант; Александр сразу же показал прижимистый в...
Красноярская мадонна. Пирамида Красноярска - Первый Столб. Юг.
[caption id="attachment_1721" align="alignnone" width="274"] Беляк Иван Филиппович[/caption] Восточная стена Коммунара на 10 метров короче южной и обрывается 40 метровым навесом на южную горизонталь Первого Столба, известную как Солярий. Не имея четких, правильных очертаний Великой горизонтали Второго Столба, Солярий Первого Столба...
Купола свободы. 11. Вечером (перевод семьи Хвостенко)
ВЕЧЕРОМ, после того как тело унесли, мы отправились в одну из старейших избушек на Столбах. Избы эти построены, как правило, прямо на скалах. Иногда они расположены на самом верху так, что приходится совершить восхождение, прежде чем попасть внутрь. Бревенчатый сруб может примыкать прямо к гранитной стене, которая...
Обратная связь