Джонатан Тесенга

Купола свободы. 05. Олег, отпусти мою ногу! (перевод семьи Хвостенко)

«ОЛЕГ, ОТПУСТИ МОЮ НОГУ!» — вскрикнула Бритни.
Никому не понравится, когда тебя трогает малознакомый человек, особенно когда ты проходишь без страховки участок категории 5.8 на высоте 60 метров над землёй. Бритни остановилась на мгновение, чтобы понять, как пройти непростой участок на трении. Олег, который знал это место как свои пять пальцев, без суеты, но быстро обошел Бритни сбоку по заросшей лишайником скале и попытался мягко направить её левую ногу на маленькую зацепку. В то время как другой столбист, Алексей, пытался передвинуть её ногу на другой пупырёк.

— No, no, OK, OK, OK, foot, foot, OK, — подсказывал Алекс.
— Я сделала это! Я сделала это! Я сама залезла, без помощи! — вскричала Бритни. Она никогда не срывалась в таких несложных местах, но, учитывая, что в ней всего 158 см росту, она могла запросто потерять равновесие, когда эти двое парней подпихивали её.
В тот момент я ничем не мог помочь ей, так как шел зажатый между другими столбистами гораздо ниже. Один из них, Михаил, тащил огромный рюкзак с фото и видео аппаратурой. Если бы он упустил его, то наверняка сбросил бы со скалы всех лезущих следом.

В конце концов, Бритни вырвалась вперёд и быстро пролезла оставшиеся пятнадцать метров по простым катушкам, после чего уселась подальше от края, в то время как русские подшучивали над её испуганным видом. Давненько я не испытывал такого облегчения при выходе на вершину. Оказавшись на горизонтальной поверхности, я, наконец, успокоился. Тайга зелёным одеялом покрывала окрестные холмы. Создавалось ощущение, что мы попали в доисторические времена, и нет никакой цивилизации — одна только дикая природа.

Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Джонатан Тесенга
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Джонатан Тесенга. Купола свободы

Другие записи

Ручные дикари. Тайгиш (Миха)
— А медведя у вас нет? — Нет и не будет! — отвечала я всегда. — Медведь нам ни к чему. У нас ведь не зоопарк. Вырастить медвежонка, а потом его убить — так я не могу; держать взрослого медведя — ни клетки...
Красноярская мадонна. Корни столбизма. Духовные корни столбизма
Что за чудо эта столбовская карта местности нежилой и такой человечной. Казалось бы, хожено-перехожено, лажено-перелажено, а вот раскрутишь этот зеленый лист, густо засеянный словами и, словно ветром тронуло струну, начинают возникать новые мелодии не петых с детства песен. Предтеча, Глаголь, Моховая, Развалы, Ермак, Колокольня, Откликные, Воробушки — что...
Бессребреник (из воспоминаний)
Старейший художник-красноярец Дмитрий Иннокентьевич Каратанов был редкостным бессребреником. В годы Великой Отечественной войны жил он одиноко в маленькой комнате, заваленной холстами и «обставленной» длинным кухонным столом, жесткой кроватью и двумя топорными стульями. Обедать ходил в столовую, а утром и вечером пил крепчайший чай с «пайковым» хлебом и сахаром вприкуску. Заботы...
Восходители. Параплан в этот раз не пригодился
Но — горы... Сможет ли он спустя семь лет вернуться туда,— не туристом, нет: полноценным восходителем? Да не топтать снег где-нибудь на Эльбрусе, пусть он даже и высшая точка Европы, или на пике Ленина, пусть он даже и "семитысячник«,— Владимир снова думал о Гималаях. Еще точнее — об Аннапурне, первом из четырнадцати гигантов, покорившихся человеку: в 1950...
Обратная связь