Крутовская Елена Александровна

Ручные дикари. Предисловие к книге

В этих рассказах о животных все герои и события подлинные. Я, их автор, — натуралист, зоолог по специальности, многие годы работающий в Красноярском государственном заповеднике Столбы, являюсь принципиальным, противником, такой литературы о животных, где правда о них приносится в жертву «красивому словцу», пустой развлекательности, литературному вымыслу, далекому от действительности. Я ничего не придумывала. Все так и было. Некоторые из моих героев и теперь живы, и вы можете увидеть их в Живом Уголке заповедника на прославленных Красноярских Столбах.

Рассказы иллюстрированы фотографиями Д. Г. Дулькейта — это тот самый Джемс, о котором неоднократно упоминается в тексте. Есть в книжке еще несколько фотографий 3. Курдюмовой, В. Мишакина, В. Нащокина. Все это — друзья и болельщики Уголка, чьи имена вы тоже встретите на страницах книжки. 

А кто такие ручные дикари — герои книжки, — вы сейчас узнаете.

Е. КРУТОВСКАЯ.

Публикуется по книге. Е.Крутовская. Ручные дикари. Красноярское книжное издательство 1966

Материал предоставил Б.Н.Абрамов

Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Крутовская Елена Александровна
Абрамов Борис Николаевич
Абрамов Борис Николаевич
Е.А. Крутовская. Ручные дикари.

Другие записи

Байки от столбистов - III. Байки от Владимира Лебедева. Красный чум, однако
[caption id="attachment_4040" align="alignnone" width="300"] Соколенко Вильям Александрович[/caption] История избы «Эдельвейс» это история многолетнего героического противостояния столбистов лесникам. Уж в каких только видах начиная с 1967 года не пребывал «Эдельвейс»: и роскошно-двухэтажным, и маленькой банькой, и деревянным, и блочно-кирпичным. Менялся вид,...
Легенда о Плохишах. Ночная кутерьма
Кто-то гадкий и назойливый в кропотливом постоянстве стремился забраться за воротник майки Плохиша. Тот метался с боку на бок, чмокая во сне глупый стишок «А где-то ждет, в кустах сидит. Твой клещевой энцефалит». Плохишу грезилось, что огромная, холодная, отвратительно копошащаяся туча механических насекомых медленно наползает по его душу. В ее тяжко...
Тринадцатый кордон. Вместо эпилога
Глубокая тишина объяла тайгу. Под тяжестью снеговой кухты склонились косматые ветви пихт, крутыми арками до самой земли изогнулись молодые гибкие березки. Небольшие елочки и старые пни надели на себя пушистые белые шапки. Мана стала, но кое-где на перекатах еще идет шуга. Пожалуй, только здесь и услышишь...
Обратная связь