Крутовская Елена Александровна

Ручные дикари. Чуча

Чуча — белка-летяга — таинственное, как лесные сумерки, тихое существо. Живет она у нас дома, в маленькой клетке у окна.

Днем клетка кажется пустой — только на полу ровным слоем, совершенно плоско, лежат сухие листья. В сумерках
листья начинают шуршать и шевелиться: Чуча просыпается.


Выбравшись из-под листьев, она подвешивается на сетке, потягивается и зевает. Прыжок — и вот она уже в углу клетки, под самым потолком, уселась «в расклинку»: одна лапка — на одной стене, другая — на другой, и, придерживая руками хвостик, как шлейф, тщательно обрабатывает розовым языком каждый пушистый волосок. Потом деловито принимается вылизывать брюшко, грудь. Туалет закончен. Чуча прыгает вниз и принимается за завтрак.

Она не прихотлива: ест малиновые и сиреневые листки, древесные побеги, почки, ягоды, кедровые орехи. Пьет молоко. Ей немного надо: два-три листика, парочку орехов, несколько глотков молока, и — сыта.

Насытившись, Чуча принимается летать по клетке. Летает легко, изящно, перевертываясь в воздухе, плоский хвостик — как руль. В ней есть что-то от лемуров. Глаза — огромные таинственные глаза ночного существа. И лапки — как руки. Розовые, с длинными цепкими пальцами.

Когда Чуча была совсем крохой, я завертывала ее в носовой платок, как в пеленку, и поила с чайной ложечки молоком. И все концы пальцев у меня были искусаны до крови — маленькая злючка так и норовилавсадить в них свои острые, как иголки, зубы.

Теперь она стала умнее или добрее — не кусает протянутую ей с орехами руку и даже запрыгивает на ладонь.

Ни разу я не видела, чтобы Чуча грызла клетку, делала какие-то попытки вырваться на волю, как бурундучок или
суслик. По-видимому, клетка ее совершенно устраивает. Она — ее дом, ее царство. Может быть, Чуча забыла, что когда-то жила в зеленом лесу?

Но даже в этой маленькой клетке она живет какой-то очень своей, совершенно независимой от нас жизнью.

Публикуется по книге.

Е.Крутовская. Имени доктора Айболита.

Западно-Сибирское книжное издательство.
Новосибирск, 1974

Материал предоставил Б.Н.Абрамов

Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Крутовская Елена Александровна
Абрамов Борис Николаевич
Абрамов Борис Николаевич
Е.А.Крутовская. Ручные дикари.

Другие записи

Жизнь розовая
Каждое утро Леонид Иванович выходил из бревенчатого домика на гребень сопки, глубоко дышал свежим смолистым воздухом и вглядывался сквозь зеленые ветви сосен в близкие и дальние хребты, выступавшие перед ним. Над покрытыми лесом сопками словно плыли каменные паруса, поднимались крепости и стены — великолепные, часто причудливые выходы...
Воспоминания Шуры Балаганова. Почему я пишу
Ну, а теперь хочу объяснить, почему в 66 лет от роду решил стать писарчуком. Брат Жека, который после моего отъезда из Красноярска стал, мне кажется, более фанатичным столбистом, чем я в молодости, водил знакомство с Любой Самсоновой, известной столбисткой, альпинисткой и горнолыжницей, которой он отдал мои столбовские стихи, хранившиеся у Саши...
Горы на всю жизнь. Начало. 4.
Шли годы. Окончена школа. Надо было думать о будущем. Виталий и Евгений с грустью расставались с Красноярском, Енисеем, со «Столбами». Но что поделаешь — такова жизнь. В 1925 году Виталий едет учиться в Московский химико-технологический институт им.Менделеева на механический факультет. Евгений с детства увлекался рисованием. Он остался верен себе: через год стал...
Восходители. Шиша-Пангма, "Гора у пастбища"
Теперь команде, прошедшей акклимитизацию, предстояла легкая прогулка на самый маленький из восьмитысячников, Шиша-Пангму. Но оказалась она вовсе не легкой. Спустившись с Чо-Ойю, четверо питерских альпинистов отправились домой, зато команда стала ужу в полном смысле международной. Еще до первого восхождения наши подружились с южнокорейцами, соседями по базовому лагерю, и крепко им помогли....
Обратная связь