Приехали по молодости в альплагерь «Ала-Арча» всей компанией «Грифы». Тогда же завезли в альплагерь студентов из Университета дружбы народов имени Патриса Лумумбы. Кого только среди них не было! Много африканских негров — поговаривали, что сыновья вождей племён, типа царевичей. Коля М. с ними быстро сошёлся; разговаривал по-английски и подбирал на гитаре африканские мелодии.

Среди прочих студентов были две подружки: одна из Лаоса, тоненькая, как стебелек, и желтая насквозь — аж просвечивала; а другая — принцесса Ливана, девчушка плотненькая, и на лицо очень даже ничего, но сильно лилового цвета. И вот с этой принцессой наши девчата решили меня познакомить, и даже сосватать.

Каким-то образом они с ней договорились, и стала она на меня поглядывать. Меня же останавливало присутствие в их группе руководителя — похоже, из КГБ. И опять же, сильно она была лиловая.

Тут подошло время готовиться на выход в ущелье Аксай — аж на неделю. И понеслось: кто продукты получает, кто оформляет маршруты — короче, все при деле. Мне досталось сварить мазь для обуви и смазать своему отделению горные ботинки. И ходил я по лагерю по уши в этой мази, как негр. И все от меня шарахались. В таком виде никаких контактов с принцессой не могло быть...

Вернулись мы с Аксая через неделю, а принцесса со своей прозрачной подругой уже уехали. Не скажу, чтоб я сильно об этом горевал — некогда было, да и девчонок наших вокруг хватало...

Был, правда, казус у меня с одним из африканских царевичей: спустившись с гор, пошли мы в баню. Там как раз присутствовала особа царских кровей. А я намылил мочалку, сую её в руку царевичу и толкую ему — по-русски — чтобы спину мне потёр. Он оказался без амбиций и намылил мне спину. Тем и кончились мои встречи с их высочествами.