Байки. Хозяин
Спускаюсь как-то по тропе от Второго к Первому. Впереди мужичок маячит. Скакнёт то вправо на обочину, то влево. Пригляделся — а у него пакет, мусор собирает. «Какой молодец»! — думаю. Дело в воскресенье, ближе к вечеру. И сразу приходит образ: гости погуляли и разошлись, а хозяин за ними прибирает. Всё же, кто бы это мог быть? Догоняю. А это Валера Коханов!
03.06.2017.
Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко В.И. Байки
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко В.И. Байки
Другие записи
Красноярская мадонна. Второй Столб. Западная стена
[caption id="attachment_32767" align="alignnone" width="350"] Второй Столб, Митра[/caption] Западную стену лучше всего обозревать с верхней части поляны Нарым. При первом же взгляде становится ясно, что перед нами фасад скального сооружения, а красивая восточная стена всего лишь тыл, черный ход. Второй Столб...
1905 г.
Зимой при первом удобном случае, а таких случаев в прошлом было немало, я бывал в общественном собрании и танцевал с девочками ровесницами. Помню одну из них, которую звали Вавочка Новицкая. Это была очень хорошенькая блондинка, и она мне нравилась. Отец ее был вроде какого-то инженера, и я даже не помню где и как...
Байки от столбистов - III. Алтайские хроники времен нашей юности. Как тесен мир...
Два года спустя я снова ехал на Алтай, только на этот раз уже не в такой развеселой компании, а лишь вдвоем с Володей Кейдуном. Мы немного опоздали, с базы Актру уходила в лагерь последняя машина, свободных мест в которой не было. Я вынул из рюкзака «Рябиновое игристое» местного производства, хлопнул пробкой, и вино выплеснулось пеной...
Курылев В.Х. Моим дорогим «Столбам»
Утро на Столбах Серый камень, темный камень, Грандиозные утесы, Зорь восхода яркий пламень И серебряные росы. Кудри влажные тумана, Звон ручьев, тайги прохлада, Шум проснувшегося стана, Дню дерзаний серенада. Солнце, солнце!.. И к вершинам Великанов молчаливых По карнизам, по теснинам, Где нет места для трусливых...