Год рождения 1958, мастер спорта, в команде с 1991 года. Он первым ушел из штурмового лагеря 8 350 на вершину и первым же на нее взошел: 20 мая, в 15 часов по пекинскому и красноярскому времени. Петр шел слишком быстро, и поэтому ему пришлось ждать на вершине Коханова и Семиколенова.

Товарищи по команде говорят, что он всегда готов лезть по любому маршруту, будь то скалы, снег или лед, причем без лишних разговоров. Разве что уточнит несколько деталей, и вперед. Капитан Николай Захаров называет его своей главной опорой в команде. В базовом лагере Кузнецов заболел ангиной; поскольку восхождение на Эльбрус не состоялось, в лагерь 5 200 парни приехали без акклиматизации. Сухой тибетский ветер с песком высушивал и команду. У Петра совсем пропал голос, а у врача достало работы, поскольку так или иначе приболела вся команда. Тогда Кузнецов, как он признается позже, вряд ли был уверен, что завершит восхождение успешно, однако был готов и к подобному исходу, но все обошлось. И когда он укрепился под ураганным ветром на вершине, это стало победой команды. Ночь с 18 на 19 мая он провел ночь в палатке с умирающим австрийцем в штурмовом лагере, давал ему кислород, ставил уколы; на руках у Петра тот и помер. После Кузнецов вместе с англичанами и шерпами австрийца еще и хоронил.

С очень небольшим допуском можно сказать, что Петр от верхнего лагеря делал восхождение соло. Да, на вершине он дожидался Коханова, на спуске встретил остальных ребят из штурмовой группы, но мне хочется сказать, что эта часть маршрута была им пройдена в одиночку, то есть соло.

Хотя, конечно, и ему пришлось нелегко. Мне довелось послушать пленку с записью переговоров Сергея Антипина, который со вспомогательной группой сидел в базовом лагере, и вершиной. То есть, это были не совсем переговоры: Антипин задавал наводящие вопросы, а Петр, в случае попадания в точку, трижды нажимал кнопку рации. Он ведь практически потерял голос, мог только хрипеть. Так вот, к моменту, когда наверх поднялся Коханов, Петр стал ошибаться, нажимать на кнопку 4–5 раз.

Валерий, правда, маску снял и начал кричать в микрофон нечто неразборчивое, так что пришлось вновь перейти на условные сигналы.

Но каков же был момент торжества внизу, когда на вопрос Антипина: "Петя, ты на вершине?",— в ответ послышалось: пик-пик-пик!

* * *

А весь апрель и начало мая парни привыкали к высоте. Три первых ночи Захарова преследовал один и тот же сон: вереница КАМАЗов, тяжело груженная кирпичами, движется к базовому лагерю. Это Баякин собрался строить на 5 200 гостиницу.

Поставили второй базовый лагерь на 6 200, трижды выходили на стену и трижды возвращались на отдых в лагерь 5 200. Первый раз путь между лагерями занял три дня, после ходили за два. У альпинистов это называется отдыхом.