Ферапонтов Анатолий Николаевич

Байки от столбистов - III. Сила привычки

Понимаю, что многим из вас это название байки показалось знакомым, и я вовсе не собираюсь перед вами таиться: есть такой рассказ у великого рассказчика О’Генри. Так вышло, что недавно я его перечитывал, и, вспомнив один случай из собственной жизни, рассмеялся: женщины от века не меняются, характеры слабой нашей половины можно изучать хоть по комедиям Аристофана, хоть по фельетонам Зощенки.

Из альплагеря Талгар нас с Володей Сотниковым исключили за чужой грех; сам грешник ничуть от того не пострадал, ну а мы — если сейчас, годы спустя, рассудить — тоже. У нас были деньги, время и прекраснейший город Алма-Ата под ногами. Прилетая в эту столицу, вам надлежит не спать перед посадкой, а глазеть в иллюминатор. Если все же вы проспали, выйдя — смотрите не на тележку с багажом, а на горы, полуцирком раскинувшиеся вокруг. Вот с тех гор нас изгнали, и мы спустились вниз. Спустились — плюнув на все проблемы, — пожить здесь с недельку, ни в чем себе не отказывая.

В Красноярске извека не бывало изысков южных столичных городов. Столбы — да, конечно, они стоят наособицу, но я-то о простых развлечениях обычных горожан. О высокогорном катке Медео, о загородных прудах с катамаранами, об уютных загородных же ресторанах — о многом. В середине лета два молодых столбиста решили стать на недельку прожигателями жизни. Шибко далеко наши запросы не шли: весь жаркий день на одном из прудов, весь вечер в ресторане, а то и в двух. Неудивительно, что уже на второй день такого приятного безделья нам захотелось найти для себя каких-нибудь девушек: чтобы и посимпатичнее и поподатливее.

А жили-то мы не в гостинице со строгим режимом, мы вдвоем занимали всю перевалочную базу альплагеря Талгар: одна смена еще там, наверху, другой приезжать еще рано — живи — не хочу! Удивительное место было, скажу я вам: зеленые, тенистые улицы на склоне горы, над головой висят гроздьями спелые ягоды черешни, и это — в пяти минутах ходьбы от центральной площади Алма-Ата, от Совмина республики и памятника народному поэту Абаю, которому однажды хулиганы-альпинисты, взобравшись, надели на голову ведро. Совсем забыл такую деталь: утра мы начинали с пива и шашлыков, — это почти на той площади, еще ближе: шашлык плюс пиво — выходило всего 50 копеек, — во, блин, времена были, а?

Мы поехали на Аэропортовский пруд, — это не столь живописно, как, к примеру, на Комсомольском, зато близко. Девушек мы для себя нашли сразу; как и мы, они скользили по пруду на катамаране вдвоем и, конечно же, только и мечтали о том, чтобы кто-то на них внимание обратил, и тут как тут два неплохих парня из Красноярска. Они же оказались новосибирками, — как было нам сказано, вчерашними студентками, а ныне — выпускницами одного из вузов, — не помню уж, какую именно лапшу нам тогда навешали.

Расстались мы ненадолго, договорившись встретиться в одном из шикарнейших загородных ресторанов: весь этакий в зелени, в тишине и в необычайном для СССР внимании официантов. И встретились, и прекрасный вечер провели. Девушки умели обходить острые углы в разговорах, поддерживая их в общем, — ну, а нас-то больше интересовали планы более поздние. Тихо играл оркестр, мы поочередно танцевали, — между прочим, и не скупились: лучшее вино, лучшие блюда, — да ведь нам, повторю, хотелось попросту потратить деньги! Вот дело и дошло до расчета.

Официантка положила перед нами счет, а мы — нам только нужно было знать, сколько выложить, то есть итоговая сумма; я гляжу на бумажку и спокойно лезу в карман: Лида, та из девушек, которая предназначалась на ночь мне, вдруг потянула счет к себе.

Господа столбисты, читатели мои! — я видел настоящую фурию собственными глазами. Лида вспомнила все слова, знаемые ей, а она их знала, оказывается, ой-ой! Обе они были и впрямь из Новосибирска, но — официантки. Вовсе не стыдная профессия, не хуже любой другой. Но вот — Лида кричит, сбивая отчего-то при этом собственную прическу: «Ты же нас, сука, обсчитала! Я сама умею обсчитывать, но не на столько же!».

А стыд-то, стыд! Мы сидим с Володей, как птичьим пометом облепленные; мы оглядываемся по сторонам, а весь кабак, разумеется, с интересом наблюдает за скандалом; мы беспомощны. Сотников сообразил первым, он решился, встал, отвел «официальную» официантку, заплатил ей сполна, добавив еще и сверху за нечаянный скандал, и мы пошли из этого тихого ресторана, встревоженного нами, сибирскими валенками, наружу. Стоит ли говорить, что дамы наши поехали к себе на автобусе, а мы, незадачливые кавалеры, — к себе, на такси?

Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Ферапонтов Анатолий Николаевич
Ферапонтов Анатолий Николаевич
Ферапонтов Анатолий Николаевич
Ферапонтов А.Н. Байки III

Другие записи

Записки Вигвама
Николай Торотенков — столбист из Вигвама, в миру Заместитель главного врача ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Красноярском крае». На игле . Тува-86 . Тува-90 . Как Вова с Гришей на гору ходили .
Столбизм как феномен гармонии человека и природы
Отзыв проф. Кудашова Cтолбистскому движению более полутора веков. Природный комплекс причудливых скал с названием «Столбы» неизбежно привлекал множество людей. Среди них выделилась небольшая прослойка постоянных посетителей, именуемых столбистами, со своими традициями, ритуалами, культурными ценностями. «Столбизм» стал для этих людей образом жизни. Это...
Коврижья избушка на Базаихе
Эта Коврижья избушка находилась на Базайском займище вблизи Ковриг. Чтобы указать точнее место ее пребывания нужно следовать тропой, что идет мимо Ковриг сверху и, выйдя ею на берег речки, продолжать ход вверх по реке. Когда по ровному лугу будет пройдено...
Стихи и песни
*** Кончилось лето и снова зима, Белою шалью укрылась земля. Холодом тянет с заснеженных гор И догорел на стоянке костер. Вспомни, мой друг, как недавно с тобой Шли мы на камушки старой тропой. Ты не заметил, ветки берез Были покрыты...
Обратная связь