Летом 1960 года начали мы ходить на «Cтолбы». Учились лазить, наблюдали столбовскую публику, очень колоритную и разную. Видели мы часто на скалах и под скалами дружную компанию, явно выделяющуюся из остальной столбовской братии. Молодые, чуть постарше нас парни, здоровые, веселые, одеты в красивые расшитые бисером жилетки с пиковым тузом...

Вообще-то ее зовут Галей; годы и годы прошли, а она все помнится мне круглощекой, семнадцатилетней хохотуньей по прозвищу Кукла. Никто, пожалуй, в истории Столбов не найдет такого случая: падать метров с пятидесяти и не погибнуть: Мы с Ритой Спицыной прилетели из Ташкента ночью; тогда самолеты садились еще в городе, это место теперь Взлеткой...

Как говаривал Стив Джобc, после сорока друзья уже не появляются, а исчезают. А те, что остаются, видимо уже часть тебя, а потому их два-три, не больше. Лапыч, он же Витька Цыганков, появился в жизни Люли одновременно со всеми скалолазными принадлежностями, равно как и вся лазающая братия, живущая на скалах, по избам и на скалодромах....

Луна! Луна! Холодная, немая, Зовущая в далекие миры, Туда, где в безднах утопая, Пылают вечные костры. Какие луны светили бывало Мне в поисках неведомых красот, Каких ночей луна не освещала Мне, юноше не знавшему забот. И в старости она чудит, как прежде, И вспоминать о юности зовет, Хотя прекрасно...