Редко кто из современных людей слышал название «Кызямы», оно утратилось так же, как исчез тот объект, к которому было прикреплено это название. А ведь всего полстолетия назад для красноярского жителя оно звучало так же, как сейчас звучит для него слово «Столбы». Знали его и жители деревни...

Мы ходили с дочкой по грибным местам. Есть такие на Столбах, и немало. Посидели под Китайской стенкой, полазали немного и не спеша тронулись дальше. Там, повыше, есть грива с едва уже приметной, почти заросшей тропой, ведущей на Центральные Столбы, вот по ней и решили прогуляться: редкое удовольствие — неторопливо бродить по таким тропам...

Дело было аккурат под новый, 1982 год, а угораздило меня тогда работать в ленинском комсомоле. Что ж, работа не хуже иных прочих, только начальником моим был розовощекий и оптимистичный мерзавец по имени Володя, секретарь горкома, — шибко любил свою персону, не стеснялся при юных комсомолках лаяться матом, вот это...

Посвящается Дуне Овсянниковой Каштак! Как много слово это Столбиста сердцу говорит, Когда в разгар бродяжный летом К Столбам влюбленный он спешит. И по хребтам, вдоль их вершины В тени недремлющих лесов Идет, любуяся картиной Вдали синеющих Столбов. И тянет дружной вереницей, Крутяк столбисту нипочем, Своих житейских дум страдницы...