Ранней весной 1906 года еще по снегу, видимо, по распоряжению жандармерии была сожжена первая столбовская избушка, объединявшая столбистов. Быстро наступавшая реакция после бурного в Красноярске 1905 года коснулась и столбовского быта. Это, казалось бы, незначительное явление, произошедшее где-то там, в горах, не должно было отразиться на самочувствии закоренелых столбистов, к каковым несомненно относился и Д.И.Каратанов. На самом деле это не так. Если сожжение первого столбовского домика не оказалось, как то думали жандармы, полным разгромом столбовских основных компаний, то оно заставило там же на Столбах искать удобного подполья. Посещения Столбов горожанами, не принадлежавшими к «завсегдатаям», значительно сократились, а для основных компаний 1906 года сложился по-разному: кто попал в тюрьму, кто бежал, кто ушел в подполье, а некоторые разбрелись по затаенными камням Столбов и был «не находим» во время наездов казаков и жандармских сыщиков.

В мансарде Каратановского дома по Ново-Кузнечной улице, хотя и меньше, но все же собирается молодежь. Порой здесь даже шумно. Приходят, уходят, засиживаются за разговорами, остаются ночевать и даже скрываются, рискуя быть пойманными. B переодетом виде появляются и жандармы, но разоблаченные удаляются, чтобы снова придти в более замаскированном виде. Каратанов давно у них на прицеле как хозяин гостеприимной мансарды и, конечно, в это время ему было не до занятий искусством. Надо было переменить сложившуюся обстановку и как-то круто повернуть течение жизни, а лучше всего куда-нибудь уехать.

После отъезда художника в экспедицию (уехал с Анучиным) родители его сдали маленькую комнатку мансарды каким-то жильцам и этим до некоторой степени положили препятствие для сборищ в мансарде. Это немного ослабило зоркость жандармерии. По приезде художника в большой комнате мансарды снова стали появляться его друзья, и дом с мансардой на Ново-Кузнечных рядах снова был на подозрении. Часть старых друзей поразъехалась, но их постепенно стали заменять другие и так же, как и прежде те, с которыми сближали Каратанова любимые им Столбы. Из старых друзей в мансарду ходят сосед Александр Надольский, Григорий Трегубов и в мансарде живет на правах хозяина Михаил Масленников. Нарастает новая молодежная компания — Вторая Каратановская. Новые друзья в своей большей массе железнодорожники: конторщики и техники, т.е. ученики железнодорожного технического училища. Снова мысли о Столбах и походах в природу и бесконечные разговоры на эту никогда не надоедающую тему. Но приветливой избушки на Столбах уже нет и заходы туда на лыжах редки, больше ходят на речку Базаиху и по ее притокам, ища приюта по разным избушкам с их своеобразным уютом у железной печки.

А.Яворский

ГАКК, ф.2120, оп.1., д.12