(записана в 1937 г. в избушке Вигвам) В Красноярске там за Базаихой, Где бегут, серебрятся ручьи, Есть дороженька Лалетинская, Возвышаются наши Столбы. Есть гора Каштак там высокая, Подниматься так трудно по ней, И столбисточка одинокая В лунну ночку идет раз по ней. Я иду по ней в лунну ноченьку И запас за спиною несу, И как...

(Из моей записной книжки) — Расскажите нам о ваших милых зверушках. Что-нибудь самое-самое интересное. — А если я расскажу вам о вас, дорогие друзья? Толстяк в городском костюме. Портфель, мягкая серая шляпа. Приехал на личной машине. Ходит по Уголку со скучающим, брюзгливым выражением лица. — А где у вас крокодил? — Крокодилы у нас...

Избушка находилась вблизи «Главного штаба» на северном склоне хребта. Строилась она, как говорил впоследствии Николай Безнасько, с мая по октябрь 1918 года, т.е. в течение всех пяти месяцев, которые братья Безнасько провели на Столбах в этом году. Вспоминаю одну встречу с Николаем. Это было в начале июня 1918 года. Я забрёл к «Главному...

Его принесли в маленькой плетеной корзинке. Лапки у него парализованы, почти совсем не действуют, сидит «на кулачках». Полхвоста кошка выдрала, крылышки все пообтрепаны, а глазенки — живые, веселые, даже чуточку озорные. — Каа... ка-аа! Тшурик! — представился он мне, приветливо...