Заканчивая обзор столбизма по-такмаковски, попытаюсь осветить самую темную сторону этого дела.

Года два занимались в нашей секции два воспитанника, два Вовы: М. и К. Если Вова М. — сын хороших родителей, прилично учился и пришел заниматься для души, то второй — Вова К., воспитывался в лучших традициях Николаевки и упорно шел пройденной его соседями дорогой к воротам зоны. И известен он был под соответствующей кличкой — Шакал. Позанимались они немного, больших спортивных успехов не достигли, но Столбы полюбили больше за волю и простор. Взрослели, хотели идти по Столбам своей дорогой.

Дорога эта увела их недалеко от Китайской стенки, где сделали они не совсем умелыми руками какое-то несерьезное строение. И сами же имя ему соответствующее дали — «Чум». Ходили в «Чум» с двумя Вовами их друзья из Николаевки и подруг начали водить. Может, в другое время подросли бы они, и была бы тут еще одна нормальная столбовская изба вроде «Медеи» или «Скита». Но начали они шарахаться по ночам, пьянки пошли, и «китайские» лесники быстро, по-деловому спалили не успевший окрепнуть «Чум».

Осенью 1976 года, тренируясь на Китайке, мы стали замечать передвижения знакомых людей с большими рюкзаками. Они проходили, иногда отдыхали. С нами в разговор не вступали и уходили за стену, в направлении, где был «Чум». Но потом через этих же двух Вовочек узнали, что это их знакомые из Николаевки ходили на «Бесы». А теперь строят избу в диком новом месте.

Построили они избу к зиме 1977 года. Но недолго в нее походили. В конце декабря 1977 года сгорела эта изба, а в ней заживо трое ребят. Шум по городу и по Столбам пошел страшный. Двое из погибших были студентами Политехнического, настырно выяснял наш заведующий кафедрой физвоспитания не занимались ли погибшие в нашей секции альпинизма. Жаль было погибших. Они не занимались ни альпинизмом, ни скалолазаньем, мы их лично не знали. Теперь на этом месте друзья и родные сделали небольшой мемориал. Ходят, поминают.

Гибель ребят на «Бесах» стала причиной Большой столбовской войны. А точнее, новой, самой большой волны репрессий против столбистов, против всего столбизма. В «больших домах» было решено покончить со столбизмом раз и навсегда. Был отправлен на пенсию бездеятельный директор Хоришко, сменены лесники. Из Беловежской Пущи в ссылку прибыл отмаливать грехи одноглазый злой гном Кочановский. Эта «Столбовская Вандея» родила самую одиозную личность новой истории Столбов — Косинскую. Но об этом отдельно.

Больше на этих местах избы строить никто не собирается. Не те времена.

А Такмаковский район по-прежнему прекрасен.

Под весенним солнцем первыми согреваются скальные трассы на Такмаке. Все лето висят веревки на отвесах Китайской стенки.

Но все меньше людей ходят в эти места. Еще меньше людей лазит по скалам. Трудные времена. Большие заботы. Не до отдыха. Не до песен. Не до скал. Так было не раз за эти полтораста лет, когда увидели друг друга люди и скалы. Скалы постоят, подождут. Вырастут новые люди. И они поймут, что им нельзя без скал. Придут эти новые люди. Зазвучат их новые песни.

В.А.Тронин