(немного истории)

Георгий Кузема

25 июля 2009 года исполнилось 40 лет с того дня, как высшая точка горного района Ергаки безымянная вершина с отметкой 2264,7 м. получила собственное имя. Читателям, наверное, будет интересно узнать, что этому предшествовало. Начать, пожалуй, нужно с рассказов красноярских художников об удивительной красоте этих мест. В пятидесятых годах прошлого века они совершали туда походы и возвращались переполненные впечатлениями о дикой природе, об острых пиках горных вершин, о сложных перевалах, о водопадах и озерах. Слушали эти рассказы и мы — красноярские столбисты*, встречаясь с ними на стоянках в заповеднике «Столбы» или в художественных мастерских. И разве могло оставаться равнодушным сердце столбиста, рассматривающего этюды с зарисовками грандиозных стен и неприступных вершин. Но, окончательно наше решение посетить Ергаки созрело, когда мы увидели в 1959 году замечательную картину Тойво Ряннеля «Горные кедры».

В середине июля 1960 года члены столбовской компании «Беркуты» Геннадий Кутихин и Геннадий Дмитриев собрали группу из трех девушек и двух парней, увлекавшихся туризмом и скалолазанием, в которую вошел и я. Еще на пути, проехав село Ермаковское, стали различать на горизонте зубчатые гребни, одна из вершин которых будто вонзалась в небо. Доехав до Тормазакова моста, заночевали под кедром. На другой день дошли до Параболы** и, обнаружив в истоках Тайгиша хороший навес под огромным камнем, устроили уютную стоянку и назвали её «Мечта». От неё, если смотреть на юго-восток, в седловине между «Братьями» хорошо видна заворожившая нас вершина. В конце отпуска решили побывать на озере Светлом (Большом). По пути к нему смогли рассмотреть южную стену вершины. Возвращались в Красноярск с мечтой о восхождении на пик.

В последующем, бывая неоднократно в Ергаках в разные времена года, мы с друзьями присматривались к стенам пика и рассуждали о возможных маршрутах восхождения. Северо-восточная стена поражала своей мрачной неприступностью. Юго-западный гребень выглядел не столь мрачно. Южная стена была нам явно не по зубам. Юго-восточный гребень изобиловал жандармами, но все же представлялся более реальным. В конце концов пришли к выводу, что наименее сложный маршрут нужно отыскивать на восточной части южной стены. Ежегодные сборы в альпинистских лагерях позволили накопить необходимый опыт, а дружба со старыми альпинистами обогатила снаряжением. У нас уже были 40-метровые капроновые веревки, лесенки, грудные обвязки, карабины, шлямбур, скальный молоток и крючья.

Наступил 1969 год. Со времени первого посещения Ергаков как-то незаметно пролетели 9 лет. В середине июля наша двойка отправились в Ергаки, поставив перед собой цель — взойти на Пик. Моим товарищем в связке был главный инженер технологического отдела Красноярского Промстройниипроекта — Леонид Иванович Едовин, с которым я много раз бывал на Столбах и убедился в исключительной надежности его страховки. Нашей базой стала пастушья полуземлянка у истоков ручья Лугового. 23 июля день был теплый, но со слабыми кратковременными дождями. Поднявшись по травянистым склонам до скал, стали набирать высоту, поднимаясь зигзагами по наклонным полкам. Дойдя до камина на плече между отвесным взлетом и восточным гребнем, забрались в неглубокий грот, чтобы укрыться от дождя. Перекусили и увидели консервную банку с запиской, датированной 1968 годом. В ней альпинисты из Владивостока Пионтковский и Похил писали, что решили не продолжать подъем и желали успехов будущим восходителям. Когда дождик кончился, мы попытались одолеть 40-метровое ребро, но наступал вечер. Накатывала усталость. Успели полюбоваться изумительной панорамой хребтов, освещенных лучами заходящего солнца, и стали спускаться по пути подъема.

Когда ступили на траву, было уже темно. Чтобы не заблудиться, пошли по гребню, разделяющему котловины озер Золотарное и Светлое. Очень проголодались, но не было ни еды, ни питья. А главное — очень хотелось спать. Около полуночи это желание стало непреодолимым, и мы, застегнув плотнее штормовки и прижавшись спинами, плюхнулись на реденькую травку небольшой площадки в понижении восточного гребня. Проснулись от холода, когда уже чуть рассвело, и увидели в нескольких метрах от нас свежую медвежью кучу. Мысленно поблагодарили мишку за джентльменское поведение и поспешили в землянку. Быстро сварили чай, поели и крепко уснули. Встали после полудня. День был в разгаре — ярко сияло солнце, было тепло и тихо. Включив приемник, услышали о прилунении Нейла Армстронга. Потом отдыхали. Сварили компот из ревеня, который рос неподалеку. Рано поужинали и легли спать.

25 июля встали на рассвете. Погода была чудесная. Мы плотно позавтракали и поспешили к вершине. Основная часть маршрута была уже знакома, поэтому вскоре оказались у ключевого участка — скального отвеса. Здесь пришлось использовать лесенки и крючья, в том числе — шлямбурные. В полдень были на вершине. Сфотографировали друг друга.

Ни записки, ни следов пребывания людей мы не обнаружили. На картах эта вершина была просто обозначена высотной отметкой 2264,7 м. Поэтому мы посчитали возможным дать ей собственное имя. Находясь под влиянием повестей Ивана Ефремова и Григория Федосеева, а также лунной экспедиции землян, я предложил назвать вершину «Пик Звездный», с чем Лёня охотно согласился. Написали записку и пожелали удачи будущим восходителям. Записку вложили в банку из-под сгущенки, а банку прикрепили к скале шлямбурным крюком. Спускались так же, как и в первый раз, «дюльфером» на веревке, связанной с репшнуром. Вернувшись в Красноярск, рассказали друзьям о восхождении, составили отчет и отдали его в клуб туристов. В газете «Красноярский рабочий» была помещена заметка о нашем восхождении.

В 1979 году, спустя десять лет после первого восхождения, ко мне в гости пришли красноярские альпинисты Юрий Емельяшин и Сергей Миненков. Они, рассказали о своем восхождении на пик, выбрав в качестве начального участка юго-восточный гребень. И сообщили о том, что сняли нашу записку. На память подарили фотографию.

Последние годы Ергаки стали местом активного отдыха туристов и настоящей Меккой для альпинистов. Вершины привлекают своей красотой и неприступностью. Красноярские спортсмены проложили на них десятки великолепных маршрутов. Всё это вызывает восхищение и уважение. Но в то же время заметно ухудшается экология района. Поэтому хочу обратиться ко всем — «Берегите Ергаки — этот бесценный дар Природы!»

* Столбисты — люди, преданные природе заповедника «Столбы», любящие лазание на его скалах и соблюдающие неписаные законы своего сообщества.
** Парабола — седловина между вершинами Толстый Брат и Тонкий Брат.