Хвостенко Валерий Иванович

Полвека моим Столбам

Майские праздники 1963 года. Я впервые на Столбах. Об этом немножко писал . Но вот подкатило пятьдесят лет событию, и потянуло на лирику и воспоминания.

Что самое важное на Столбах? Люди. Сколько их было в моей столбовской жизни! Наверное, тысяча. А может и больше. С кем-то было мимолетное соприкосновение — поднялись вместе на скалу, и почему-то вспоминается это восхождение, запало в душу. С кем-то в избе попели. С кем-то годами ходили-лазали. Кто-то стал другом. А кто-то — любовью. Многое помнится. Многое и забылось. Кроме ощущения счастья на Столбах. Целых 50 лет.

Если выложу это в сеть, может кто-то и прочтет, и вспомнит, и порадуется. И отзовется — «Я живой, я живая, помню, люблю. Вспомни и ты меня».
Вот несколько эпизодов из старого времени.

Эпизод 1-й. Май 1963.

Новосибирский университет. В параллельной группе учился красноярец. Кажется, Юра Кузнецов. И замучил нас рассказами о Столбах. Как будто нет ничего лучше на белом свете. Сагитировал — решились ехать на майские праздники. Собралась толпа 18 человек. Некоторых помню: Гена Вургафт — наш капитан, Гена Стуров, Изольда Пушкарева — очень крупная девица, пращур ее, наверное, был бомбардир.
За три дня с Евгением Ивановичем Коваленко облазили весь Центр. И Манскую Стенку прихватили. В перьевском Шкуродере Иза прочно уселась мне на плечи — и это было первое мое приключение на Столбах. А состояние мое, начиная от первых скал, можно описать одним словом — эйфория. Я попал в рай, но не знал еще, что так надолго.
Настало томление духа. Мечтал о Столбах и видел во снах. Как становилось невмоготу — на станции Сеятель, что вблизи Академгородка, влезал на крышу товарного вагона и ехал в Красноярск. Ночевал под камнями и лазал по возможности. Так продолжалось до 1965 года. В 1965-м я уехал на Крайний Север и четыре года провел на полярной станции. Мечты о Столбах давали мне силу. С 1969 я возобновил свои набеги в Красноярск. А в 1975 переселился сюда окончательно.

Эпизод 2-й. Июнь 1963.

Я еду коллектором в геологическую экспедицию от Института Геологии СО АН. Сосватал меня туда мой друг Валера Ищенко. В Красноярске мы ждем спецрейса. Самолет АН-2 должен нас забросить в Байкит для последующего нашего сплава по Подкаменной Тунгуске. В ожидании живем на «базе Микуцкого». Хозяйка базы «старая карга» (так казалось мне, молодому парнишке) Анна Васильевна Кузнецова. У нее большой дом с подворьем и сараями на Ады Лебедевой 3, который она сдает геологам, шныряющим туда-сюда по Красноярскому краю. Ждем-пождем, со дня на день, а борта все нет. А я в диком нетерпении — под боком вожделенные Столбы. На базе, кроме меня, есть еще молодые ребята: наш моторист Слава Столяров и Витя Цаплик, рабочий из другой экспедиции. Я им все уши прожужжал — Столбы, ах!
(А Валера Ищенко уже улетел на буровую в Норильск с другой оказией).

Наконец, стало известно, что в течение трех дней самолета точно не будет. Падаю в ножки начальнику экспедиции Петракову Василию Ульяновичу: отпусти на Столбы! Внял, отпустил. Дело завертелось. Погнал Славку в магазин за хлебом и кой-какими продуктами. Приходит Славка.
— Все в порядке, с девчонками договорился.
— С какими еще девчонками?!
— Да вот, с одной в очереди познакомился, склеил. Еще подружку приведет. Правда, в нагрузку брат Женька (для присмотра). Но он столбист!

Ну, Славка, ну, хват! Так и получилась компания из шести человек. Я — вождь, Женька — эксперт по Столбам. Девчонки — старшие школьницы. В юности все они хороши. Стоянку устроили на Ферме.

Выцвела фотография за полвека. Мужчины слева направо: Славка, Женя, Цаплик, я. А девчонок не помню, как звали. Кажется, Лена и Зина.

Первый день, дрова, вода, то-сё, варим обед. Мимо Фермы вниз по тропе бежит девчонка, в тельняшке. Зацепились языками, подошла к костру. Как в сказке про Теремок: иди к нам жить! Светка. Тоненькая, ладненькая — столбистка! Кадр на вес золота. Но и с ней нагрузка — брат двоюродный, Виталий. 30 лет ему — старик. Приехал в гости из другого города. Стало нас восемь. Так мы и жили на Ферме.

Цаплик, Светка, я, Зина, Лена, Женя.

Ночевали две ночи, лазили везде, где смогли. Светка, чертовка, восхитила меня своей удалью и ловкостью. Веселая и бесшабашная. Рассказывала, как в первый свой приход на Столбы залезла с подружкой Леушинским, не зная броду. Как вырезали они в честь этого на березке наверху свои инициалы. Ее буквы СБ — Света Бабенкова.
Женька играл на гитаре, пел, развлекал столбовскими байками. А лазил, как я сейчас понимаю, средненько.

На вершине Второго. Света, Слава, я, Виталий.

Спали мало. Витя и Славка ночами тискали девчонок, дело молодое. От перевозбуждения Витя Цаплик ходил с трудом. Шутя называли сопутствующую боль в яйцах — «болезнью Цаплика». Вернулись в город, грустя о Столбах.

Так нам было вместе хорошо, что в очередную бессамолетную паузу устроили вечеринку в городе. Там я робко намекнул Светке о своих чувствах.
Интересно, как сложилась ее жизнь, была ли она счастлива. Вспоминает ли этот столбовский эпизод полувековой давности?

Ау!

Эпизод 3-й. 1964

В этот приезд на Столбы я уже чувствовал себя уверенно. Где-то под скалой подобрал двух девчонок и взял над ними шефство. Поднял их на Первый (наверняка), а может быть и еще куда-нибудь. Тома Мурза и Зоя Обрезкина, томички. Ночевать пошли в Нарым, по проторенной дорожке в «барак». Убогая хатка, внутри разделенная на несколько отсеков. Шел дождь, крыша текла. Мы заняли один отсек. Нашли тряпку, высушили пол и поставили в избе палатку. На ночь накинули крюк на дверь. Заснули. Часа в два ночи кто-то начал ломиться и орать дурным голосом. Я пошел разбираться. Скинул крюк, открыл дверь и тут же получил страшный удар по лицу фонариком. (Шрам остался на всю жизнь). Сильным толчком вышвырнул пьяного налетчика. Он упал с крыльца, а я захлопнул дверь и заложился. Девочки взялись останавливать кровь и утешать героя. А меня на продолжение драки совсем не тянуло.

Позже я получил по почте письмо от Томы с изъявлением чувств, но как-то не ответил. И была еще одна фантастически-мистическая встреча. Я поехал в Томск в гости к Славке Столярову и, подходя к его дому, столкнулся нос к носу с Томой. Тома, помнишь?

Эпизод следующий

Я помню вас! Но напишу ли продолжение — не уверен :)

01.05.2013.

Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович

Другие записи

История компаний. Александр Миронов
Миронов Александр Георгиевич Саша Миронов в Нелидовке, кроме лазания по скалам, в основном сидел на лавочке и пел песни. Многие из них расходились по другим избушкам, но никогда не вставал вопрос — откуда они. И только спустя много лет Саша подарил мне сборник стихов, в которых они и оказались. И сейчас на Деде пробита шлямбурными...
По горам и лесам. Глава V. План атаки. — Ползком. — Змеиный Зуб танцует военный танец. — Пробились.
[caption id="attachment_27317" align="alignnone" width="300"] Василий Анучин. По горам и лесам.[/caption] Одна, другая, бесконечные на этот раз, минуты, и мы выползли на опушку рощи и, раздвинув густую поросль, стали наблюдать. Парень в красной рубашке все еще стоял около костра и смотрел...
Байки от столбистов - III
Предисловие Хорошее слово: «мы» Экология языка Пляски поднебесные Пьяное дело — нехитрое Ты меня уважаешь? Футбол в Нарыме Ах, как мы пели... Ведьма Таня и медведь Ложная тревога, или Что это было? Дипломат поневоле Я вам не скажу за всю Одессу Цыганский переполох Кто-кто в теремочке живет? Фатальная игра...
Обратная связь