Адамович Евгений Андреевич

Манская стенка. Зеленый луч.

Соколенко Вильям Александрович

Стояли мы однажды под Манской стенкой. С той стороны, где ручей. Почти всей нашей шоблой стояли. Николаич, Отец, Вин, Андреич (ну я сам то - есть) и тетка из Питера одна заезжая, типа погостить из города прибежала. Антонина. Стоим. Лепота. Ночью ночуем в двухместке впятером. Днем грибы собираем, по окрестным камням ползаем. В общем, ублажаем гостью по полной программе. Веселим анекдотами. Медведями пугаем. Одна закавыка - дамочка слегка так чуть - чуть всех нас старше. Года на три. А дело молодое. Мы пацаны хоть и продвинутые в делах амурных, но, будучи в компании, инстинктам воли не даем. А она хочет. Наверное. Да шут его разберет, когда тебе семнадцать, хочут тебя или просто так кокетничают. Этого и в сорок-то не разберешь никак…

Но разговор не об этом. Чуть вечер смеркается, мы по привычке к костру. На гитаре там побренчать, чайку запарить покрепче, обсудить планы на завтра. А дамочка Антонина в палатку, и ну оттуда голосить - "Женя … иди спать. Я спать хочу" Ну типа больше делать мне нечего. Типа я в лес десять километров топал, чтобы спать лечь. Нашу местную тетку мы бы давно уже нашими методами вразумили - калошей по энному месту. А тут столичная дама. Создание хрупкое. Боязно калошей-то. Решили мы ее слегка пугнуть - одну оставить на некоторое время. Серый с Вином пошли Манскую бабу проведать, а мы с Отцом шуганули вокруг Стенки с ночным дозором. Все небо тучами затянуто. Один закат слегка чист и краснеет где-то среди вершин высоченных сосен. Но в низу леса темно - глаз коли, только тропу слегка видно. А поднялись на взгорок, что к ходу на скалу, взглянули вверх - мама милая - вся стена светится в уходящих лучах. Мы и рванули инстинктивно туда, где солнце. По-столбистски рванули, не думая. Забежали наверх, и последний солнечный луч умер у нас на глазах. Мне показалось, что он все-таки был зеленым. Отец же Вовка, взялся спорить, что зеленый бывает только на море, когда солнце в зеленую воду садится. Тут я беломорину засмолил. На вершину зайти и не перекурить - последнее дело. И взялись мы спорить. И, в конце - концов, пришли к соглашению, что когда солнце садится в зеленую тайгу, то последний луч тоже вполне может быть зеленым.

За этими учеными разговорами, в одно мгновенье, настала ночь. Чернущая, что твое кашемировое пальто. Такие ночи я видел только на югах, в Гаграх или в Анапе, и на Столбах вот довелось. Было так темно, что не видно в какую сторону идти, не то, что куда наступать. А Стенка Манская устроена так, как устроена любая нормальная стенка. Зря на Столбах названий не дают. Наверху это такой длинный и узкий забор шириной от метра до трех, длиной метров сто пятьдесят. И по нему извилистая тропка с веселыми перепадами верх-низ. И мы в самом конце этой тропки. И темнота. Встали мы с Отцом на карачки и поползли к выходу. А выхода нет. Шаг влево, шаг вправо и ты парашютист без парашюта, да еще и на карачках. Так, что ползком. На четвереньках. И легонько, тихонько, ощупывая дорогу руками.

В общем, по нашим внутренним часам ползли мы никак не меньше трех суток. Доползли до спуска. Катушка там, на спуске не сложная, хотя и противная. Но это днем не сложная. А тут ночь. Ползти вниз головой никак. А если вверх головой ползти, то нечем дорогу ощупывать. Одно радует, не видно, что падать высоко. Днем-то это одно из главных препятствий. Потыркавшись в катушку для порядку, собрались мы с Отцом к ночевке готовиться. Вдруг. Чу. Тихо Отец! Что это там? Смотри скорей!! Внизу происходит какое-то странное свечение. Зеленовато странное. Ни на что не похожее. И оно по камням поднимается выше и выше. Выше и выше к нам. Что это? Огни святого Эльма? Духи умерших предков? Мороз по коже. Это зеленый луч! Это наш зеленый луч. Луч, который освещает нам дорогу…

Кубарем на катушку. Скатываемся вниз пока хоть что-то видно. И видим мужика в кирзовых сапогах и ватнике с огромным железнодорожным фонарем. А на фонаре прикручено толстое выпуклое зеленое стекло! А за мужиком - и вправду эфирное создание - лесная фея Антонина. Оказалось, что девочка наша не робкого десятка. Благо, что столичная фря, а не растерялась, пошла искать столбистов красноярских. И где пошла искать? Да где-где на скале. Где еще можно ночью найти скалолаза. Правда промахнулась мимо мала - мала, зашла за стенку, и вышла на одинокий костер. А там по случаю оказался железнодорожник какой-то, с фонарем зеленым и мальцом лет пяти. Мы потом спустились к их костру. Малец мирно спал на солдатском одеяле, как будто ничего не произошло. Отец его, с фонарем, слегка опешивший от напора столичной девицы, заикаясь, поведал, что забрел на Манскую не случайно. Что с сыном шпилит на саму Ману. Там, типа, плот его ждет. А стекло зеленое потому, что, собираясь, впопыхах обычный свой фонарик разбил.

Вот так вот в глубокой тайге, глубокой ночью, на диких Столбах, под Манской стенкой, ну прямо как на Невском, встретились и разошлись на параллельных курсах два хороших человека. А я свидетелем был. Свидетелем зеленого луча. Спасительного зеленого луча.

 

Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Адамович Евгений Андреевич
Адамович Евгений Андреевич
Адамович Евгений Андреевич
Адамович. Мои Столбы

Другие записи

По горам и лесам. Глава I. Союз пяти. - Сборы в поход
Ровно десять дней тому назад в моей жизни произошло необычайное обстоятельство: я первый раз был на Столбах. Вы думаете, это делается очень просто? О, нет! Осуществление этой моей заветной мечты стоило очень и очень больших усилий. Несмотря на то, что я очень успешно сдал экзамены и перешел в следующий...
Фотография А.Л.Яворского с мачехой Августой Павловной и сестрой Ксенией 1907 г.
[caption id="attachment_35073" align="alignnone" width="205"] Государственный архив Красноярского края[/caption] [caption id="attachment_35075" align="alignnone" width="300"] Государственный архив Красноярского края[/caption] ГАКК, ф.2120, оп.1., д.38
"Невидал"
Компания строит большую избушку под названием Невидал. Внизу за Вторым столбом. 28 август 1927 года. Избушка получилась большая скорее похожая на барак и вскоре же стала редко посещаемой, или вернее посещаемой всеми только не хозяевами. Кое-какие заметки дают немного освещения этой избушки. 19 августа 1927 года,...
Домик Экскурсанта
В 1925 году 30 июня было издано Обязательное постановление Енисейского Губернского Исполнительного Комитета в пункте 3 гласящее: 3/ Возведение жилищ и постройку шалашей. Примечание 1. Постройка жилищ и шалашей допускается лишь в зоне между границами собственно заповедника /собственно Столбы/ и зоопарка и, во всяком случае, не ближе полувёрстного расстояния от самих Столбов и проходов между...
Обратная связь