Пестряков Б. Наш край

Красноярские Столбы: мое сердце, мой разум

Зеленый мир

Заповедник «Красноярские столбы»... Сколько же в этих трех словах и глубины, и простоты. Только и слышишь вокруг от восторженных людей и турагентов (продавцов природы): «Жемчужина Саян», «Сибирская Швейцария», «легкие» города Красноярска... Для прагматика «Столбы» — это экология, хотя, навряд ли он даст приемлемое объяснение этому слову. Экология — это ни фауна, и ни флора, ни хлеб и ни водка, ни зарплата, ни курорт. Скорее, это выдуманный человеком образ окружающего его мира, среды, в которой он мог бы быть счастлив и беззаботен. Но миллионы лет мало-мальски разумные существа стремятся к идеальному и прекрасному и никак не могут достичь совершенства. А может быть прав наш земляк, художник и писатель Тойво Ряннель, который пишет в своих мемуарах: «А может, И НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ ВООБЩЕ ЭТОГО ПОСТИЖЕНИЯ ИЛИ ПОЗНАНИЯ ПРЕКРАСНОГО, А ВАЖНЕЕ СТРЕМЛЕНИЕ К НЕМУ? А может, и нет того самого объективного прекрасного, а есть только моя уверенность в том, что прекрасное есть где-то впереди, что оно существует, и зовет меня, и ждет...». Эти строчки он написал, когда любовался черно-голубой вершиной Такмака в серебристом сиянии солнца, окруженного светящейся радугой, упирающейся своим нижним краем в каменные бока.

Почти полвека я пытаюсь постичь тайну заповедного края, то разглядывая далекие каменные великаны, собирая жарки на полянах торгашинских холмов, то зимой переходя по льду Базаиху и углубляясь в бесконечные распадки, то с плота со стороны любимицы Маны, то из иллюминатора самолета. Однако, до сих пор не разгаданы все прелести, не решены все проблемы этой удивительной горно-таежной территории, зажатой тисками Енисея, Маны и Базаихи.

О заповеднике «Красноярские столбы» написано множество строк. Но каждый писал о чем-нибудь одном, дорогом и тревожном. Василий Суриков, щеголяя по «Пыхтуну» в лакированных туфлях, набирал силушку для работы над своими эпическими картинами в девятнадцатом веке. В середине двадцатого века на «Столбах» крепчал талант Дмитрия Каратанова, патриарха красноярской художественной школы. В последний год уходящего века в кругу заснеженных сосен Народный художник России Тойво Ряннель делал наброски деревянной церкви, построенной в память о тех, кто поднялся на самые высокие скальные гребни красноярских столбов, а потом и на высочайшие вершины мира, но не вернулись к нам живыми.

Каким видели свое будущие молодые скалолазы Евгений Абалаков и Николай Захаров, готовясь к восхождению на «Деда» или «Перья». Примеряли ли они тогда к себе славу первопроходца пиков Коммунизма, Ленина, Хан-Тенгри, трижды покорителя Эвереста, вершины Мира.

Что подвинуло сердца первого директора заповедника Александра Яворского и Елену Крутовскую отдать свою душу и тело многотрудному заповедному делу.

Закройте глаза, уважаемый читатель, и представьте как в двадцатые-тридцатые годы сотни взрослых людей и бесшабашных сорванцов заполняют в субботно-воскресный полдень горные склоны на сотне квадратных километров и обвешивают разноцветными кушаками гладкие скалы. И за всем этим должен следить директор заповедника в единственном лице. Сейчас невообразимо, но почему-то в те годы особенно любили посещать «Столбы» военные, приезжали целыми командами, разворачивали палаточный лагерь и полевые кухни. А сколько потребовалось мужества и женского достоинства Елене Крутовской более сорока лет сберегать в тайге, вдали от города и милиции, Живой уголок «Приют доктора Айболита». Принципиальная и бескомпромиссная для недругов природы, ее вольеры и звериные домики были обогреты теплом ее души. Всяк приходящий начинал знакомство с приютом с таблички «Сюда принимаются попавшие в беду звери и птицы».

А как же живут современные труженики заповедного дела? Что дали им богатейшее государство и миллионный город, для жителей которого таежные холмы между Базаихой и Маной стали их здоровьем, совестью и разумом? Здоровье от «Столбов» досталось всем, сотням тысяч людей разных сословий и возрастов. Совесть укрепили те, кто хоть чем-то помогал заповеднику. Разум торжествовал тогда, когда необычная атмосфера столбизма подзаряжала ученых, поэтов, художников и прочий творческий люд на дела во славу Красноярья.

Можно предположить, что современные проблемы Государственного природного заповедника «Красноярские столбы» лежат внутри треугольника, сторонами которого являются здоровье, совесть и разум.

Заповедник сегодня. В 1999 году 13,5 тысяч гектаров контролировалось службой охраны в составе 25 человек. Еще шесть-восемь человек ведут научную работу и налаживают экскурсионно-туристскую деятельность. Появилось в заповедники в небольших количествах нарезное и гладкоствольное оружие, офисная техника, фото- и видеоаппаратура. Работать, однако, на «Столбах» оказалось небезопасно. Из десяти нападений на работников охраны, два квалифицировались как вооруженное сопротивление. Кроме того, среди задержанных, в основном, работники милиции и природоохранных организаций (23), а больше всего (51) работников власти и управления районов, города и края.

Налогоплательщики должны знать, что от их платежей кое-что достается и их любимому заповеднику. Федеральный бюджет полностью выплатил зарплату, но ни копейки не дал на научные и природоохранные мероприятия. Федеральные экологические фонды, правда, не стали утруждать себя заботой о красноярском заповеднике (выделили всего 60 тысяч рублей). В строке финансового отчета напротив строки «краевой экологический фонд» красуется «дырка от бублика» (0). Спонсоры пока тоже не озабочены проблемами заповедника, более тридцати красноярских банков пожертвовали только 6,5 тысяч рублей. Возможно, шелест купюр в тиши их уютных контор является более оздоровительной, процедурой, чем шелест заповедной дубравы.

«Не скребли кошки на душе» и у известной красноярцам властвовавшей дамы-госпожи Александры Куленковой. Еще в 1998 году она хотела не только лишить заповедник «Красноярские столбы» государственной поддержки, но и выдать ему план поступлений от него доходов в краевой бюджет. Бывшей патронессы нет, однако память о ней все же осталось, «с испугу» дирекция заповедника стала учиться зарабатывать деньги самостоятельно. В прошедшем году получен доход аж в 600 тысяч рублей.

Не балуют вниманием заповедник ученые мужи и деловые люди. Немало надежд порушилось с уходом из жизни Владимира Гулидова. Валерий Зубов и Александр Усс не могут существенно влиять на финансовую поддержку. Академия художеств не считает заповедник своим «открытым ателье», многочисленные учебные университеты и академии не участвуют в организации отдыха, оздоровления и спорта в заповеднике своих студентов. Комитеты по физической культуре, спорту и туризму краевой и городской администраций не озадачены развитием туризма в известном всему миру заповеднике.

Проблемы будущего заповедника «Красноярские столбы» объединены одной генеральной задачей — как совместить сохранение фауны и флоры с массовым круглогодичным посещением его территории отдыхающими, туристами и спортсменами. «Столбы» единственный в России заповедник, открытый для неограниченного посещения. В прошлом году здесь побывало около одного миллиона посетителей. Альтернативы нет. Решение этой проблемы, конечно, не в призывах «соблюдать чистоту и порядок», не в развешивании красных флажков вокруг каменных столбов для предотвращения увечий и смертей, не в запрещении посетителям «раскидывать скатерть-самобранку» на солнечных лужайках, чтобы на прощание спеть «... как здорово, что все мы здесь сегодня собрались...».

Даже непродолжительное знакомство с работой дирекции заповедника «Красноярские столбы» показало множество нерешенных проблем. Остановлюсь лишь не нескольких, очевидных и первоочередных.

Учитывая пока еще низкую культуру посетителей заповедника необходимо в два-три раза увеличить обслуживающий персонал, с гибким рабочим днем. Никуда нам не деться от мирового опыта непрерывного роста занятости населения в сфере услуг. Начав эту работу сегодня, мы будем готовы завтра многократно увеличить поток организованных туристов в заповедник, дать дополнительный заработок малоимущим, студентам и любителям природы, получить практическую отдачу от расходов средств по проблеме занятости населения. Кроме инструкторов, могут появиться полезные профессии: костровые, смотровые, таежный городовой, песенники-гитаристы и другие. Прекрасным подспорьем в этой работе могут быть Красноярский филиал Восточно-Сибирского институт туризма, краевая федерация туризма, самодеятельные туристские и творческие организации и группы. Появятся финансовые потоки, если к этой работе привлечь более сорока красноярских частных туристических компаний. Большие возможности в этой работе имеют турагентства авиакомпаний «Красавиа» и «Сибавиатранс».

Чтобы привлечь их к совместной работе, нужна интересная и хорошо проработанная туристско-экскурсионная программа с маршрутами для различных интересов (отдых, оздоровление, спорт, развлечения, образование). Специалистов, способных выполнить эту работу, в городе достаточно.

Нужно найти возможность сохранить Живой уголок в ограниченном варианте. Это очень, как говорится, привлекательный турпродукт. Создание зоопарка, конечно, прогрессивное решение, но это уже новая, более высокая ступень в природоохранной работе. Кроме того, есть опасения, что он окажется в стороне от заповедных дел и превратится в коммерческое предприятие.

Будущее заповедника «Красноярские столбы» прямо зависит от успехов ученых, занятых в количественных оценках вреда, наносимого природе городом. Расходы на снижение экологической безопасности требуются и для многих других территорий. Поэтому важно рассчитать объективные ущербы для каждой отдельной территории города Красноярска и его окрестностей и определить долевые размеры как оплата предприятий-загрязнителей, так и доли получения средств природоохранными организациями. Эта задача вполне под силу Институту леса и Институту химии и химической технологии Красноярского филиала СО РАН.

Борис Пестряков,
директор Центра по проблемам
Севера России, Арктики и
Антарктиды, академик ПАНИ,
к.х.н.

«Наш край», № 22 (55), 08.06.2000 г.

Материал предоставил В.И.Хвостенко

Автор →
Предоставлено →
Пестряков Б. Наш край
Хвостенко Валерий Иванович

Другие записи

Туман над «Столбами»
Об уникальном сибирском заповеднике «Столбы» в краевой и центральной печати опубликовано немало правды и вымысла. Проблема давняя, но особенно она обострилась в последние годы. Судите сами: в 1986 г. «Столбам» было посвящено 16 публикаций, в 1987 — 22, а за пять последних месяцев 1988 г. — около 20 проблемных заметок и статей. Чем же так привлек внимание прессы...
Красноярское диво
Страницы истории Ныне слава красноярских «Столбов» перешагнула не только границы края, но и страны. Ежегодно их посещают десятки тысяч людей. Но более 100 лет назад этот живописнейший уголок природы был отрезан от города и горожан тайгой, по которой вели только...
Поможем«Живому уголку»!
Долгое время «Живой уголок» в заповеднике «Столбы» держится на энтузиазме его создателей, сотрудников, бескорыстных и неутомимых тружеников, работающих без выходных, отпусков, в тяжелейших условиях. Помощь города явно недостаточна, и «Живой уголок» находится в плачевном состоянии. Многие его строения ветхие. Вольеры для содержания животных требуют капитального ремонта,...
Вестник "Столбист". № 6 (18). Загадка века
Прошло 75 лет с того момента, как во время штурма Эвереста (8848 м) погибли Джордж Мэллори и Сэнди Ирвин. До сих пор неизвестно, удалось ли им достигнуть вершины Первая попытка штурма Джомолунгмы были предпринята английскими восходителями в мае 1922 г. Тогда участникам экспедиции удалось достичь высоты 8320 м. В июне 1924 года...
Обратная связь