Эти отважные одиночки лезут по отвесной скале без страховки

Они лезут по отвесным скалам высотой в сотни метров. Они карабкаются по голым, без видимых глазу выступов, стенам. Они подтягиваются на двух пальцах, зависая над пропастью.

Они — это скалолазы. «Люди-пауки».

Среди них есть спортсмены, участвующие в соревнованиях. Есть лазающие «соло» — поднимающиеся на скалу в полном одиночестве («для души») и, как правило, без страховки. А также монументалисты, покоряющие статую Свободы или Эмпайр Стейт Билдинг, любители болдеринга — лазания по камням — и многие другие.

О французе Патрике Эдлинжере у нас впервые услышали лет семь назад, когда в «Клубе кинопутешествий» был показан фильм о необычайном «человеке-пауке», лазающем по сверхтрудным маршрутам без страховки.

И все же — время идет. Эдлинжеру уже тридцать, и его поколение уходит в прошлое. На недавнем Кубке мира в Италии Патрик не вошел в десятку лучших. Хотя французская школа скалолазания, наряду с мужской английской и женской американской, где «правит бал» сильнейшая спортсменка мира Лини Хилл, подтвердила свое реноме. Снова победил француз — Франсуа Легран — новая восходящая «звезда», которая, как утверждают специалисты, заслонит вскоре всех «звезд», что были до него.

Ну а что же наши? В соревнованиях на трудность маршрута, где сильны западные спортсмены, советские скалолазы пока не блещут. Зато доминируют в скоростном лазании, долгое время игнорировавшемся за рубежом.

Но это все спорт. Есть же еще и одиночки, в отличие от западных коллег не получающие за свое рискованное хобби ни копейки. Наша газета писала года три назад о «Фантике» — Юрии Лишаеве, побеждавшем неоднократно во всесоюзных соревнованиях по скалолазанию и вдруг резко ушедшем в «соло». О нем снимали фильм — как на родных своих труднейших крымских скалах лазит он без страховки вниз головой. Судьба пока хранит этого «потенциального самоубийцу», как отзываются о Юрии многие. Но не всем везет. Александр Демин, абсолютный лидер нашего скалолазания 70-х годов, рассказал мне о красноярском «солисте» Володе Теплых. Назубок изучены были им, казалось, родные сибирские «столбы» — отдельно стоящие скалы. Но в один день сорвалась нога на знакомом выступе, и не стало Володи.

А все-таки есть судьба на свете, фатум, рок. И если не суждено тебе погибнуть в этот конкретный день — ни за что не погибнешь. Вот Николай Молтянский — другой красноярский «столбист» — сильно падал два раза, однажды — метров с двенадцати, на голые камни. Но — сгруппировался и остался жив.

Даже альпинисты смотрят на скалолазов как на сумасшедших. Лазающие «соло» — те вообще самоубийцы. «Ну, уж нет, — парируют скалолазы, — в альпинизме смертность намного выше, чем у нас». И они правы. Просто одиночки уже до самой смерти накрепко запомнили два неписаных правила, позволяющих им выжить.

Первое — отрепетировать прохождение любого нового маршрута сначала со страховкой. Второе — каждый шаг по скале делать с таким расчетом, чтобы всегда можно было вернуться назад.

Но спускаться — всегда трудней. Может, поэтому они доходят до вершины?

Д.Филипченко

Материал предоставлен Б.Ганцелевич