“Живому” уголку на “Столбах” исполняется четверть века

- Эх, не повезло тебе! Наши «Столбы» летом хороши! - говорят гостеприимные сибиряки какому-нибудь заезжему москвичу или ашхабадцу, сопровождая его в знаменитый заповедник. А тот шагает по искристому хрустящему снегу и дух перевести не может: то ли от крутого подъема лалетинской тропы, то ли от восторга.

Великолепные мачтовые сосны, высоченные угрюмые ели, лиственницы, взбирающиеся с обеих сторон дороги по горным склонам, в снежной мишуре особенно хороши. Настоящий Берендеев лес!

А вот и развилка. Налево пойдешь - к знаменитым скалам Первому и Второму столбам, Деду, Перьям придешь. Но по ним сейчас лазить очень опасно.

Прямо пойдешь - в знаменитый «Приют доктора Айболита» попадешь. Именно сюда и направляется большинство зимних посетителей «Столбов».

Над калиткой так же, как и два года назад, когда жива была основательница «живого» уголка Е.А.Крутовская, табличка с надписью: «Сюда принимаются попавшие в беду звери и птицы».

А встречает гостей у калитки на правах хозяина косуленок Кенка. Он охотно разрешает всем гладить свою шелковую спинку, фотографироваться рядом с ним. Малыши обнимают его за шею, тискают, виснут на нем. Но Кенка - наверху блаженства. Он очень любит ласку.

В дни, когда посетителей в уголке мало, он уходит в лес. Появляется дома только к обеду и ужину. А наступает выходной - снова у калитки, на своем посту.

Иногда мне кажется, что он сознательно взял на себя обязанности «метрдотеля», желая помочь хозяйкам уголка. В последний год из шести ставок обслуживающего персонала здесь сократили две, и четырем девушкам приходится нелегко.

Животных ведь около 150. Просто ли иметь в семье хотя бы одну собаку или кошку? А тут - 70 разных видов.

Миха Тайгиш, абориген уголка - настоящий циркач-самородок. За 25 лет жизни здесь он самостоятельно выучился «приплясывать», «бить в ладоши», «улыбаться». Разумеется, не бесплатно, а за конфету. Он - сладкоежка.

Большой цыганистый ворон Рома, напротив, куда более принципиален. Он умеет громко, отчетливо произносить свое имя, но делает это только для тех, кто сам вызовет у него симпатию. Подарки тут не помогут.

Толстая барсучиха Лиза-бомба кокетлива и вальяжна, рыжая лисичка Кристинка озорна и обидчива. У каждого свой характер. Но есть у обитателей «живого» уголка одна общая черта: все они доброжелательны к людям, кроме брехуна Тяфкин-Тяфа, но того, скорее «должность» обязывает.

Даже когда темноволосая, большеглазая хрупкая женщина - нынешняя заведующая уголком Нина Григорьевна Манькова - заходит в клетку к матерому полуволку Вульке или чистокровной волчице Гуте, ни у кого из зрителей не перехватывает дыхание. Глаза-то у волков - добрые.

Книга учета посетителей уголка пухнет от записей, состоящих сплошь из восклицательных знаков. Но мало кто может сформулировать, чем же им так пришелся по душе маленький, скромный звериный детдом на лесной полянке.

Здесь бывают гости из крупных городов страны. Среди них много настоящих знатоков природы, хорошо знакомых с Московским и со многими другими зоопарками страны.

Зоопарков у нас в стране сейчас 32. Ученые-педагоги утверждают, что их должно быть намного больше: в каждом городе с населением более полумиллиона человек.

Увы, в настоящее время учреждения эти, как правило, являют собой зрелище довольно печальное. Дело здесь не только в том, что животным еще труднее, чем людям, переносить городской шум и смог.

Дело - в отношении. Животных там чистят, кормят, поят по принципу «Ну а куда денешься?». Люди же приходят смотреть, деньги платят!..

На «Столбах» к «меньшим братьям» отношение иное. Каждого нового найденыша или подкидыша принимают как члена семьи. Здесь не звери живут для людей, а люди по-настоящему опекают зверей.

В коммуне имени Крутовской каждый, кто чувствует себя хоть немного сильнее других, считает необходимым помочь, более слабому. Ну а уж в природе-то каждый человек - царь.

Потому и выглядят такими довольными, жизнерадостными обитатели уголка. Потому так велико его воспитательное значение, потому и называют уголок «школой доброты».

«Живой» уголок - не просто украшение, а очень важная часть знаменитого заповедника. (Кроме всего, здесь еще и великолепные условия для научной работы). А какая это достопримечательность, уникальная принадлежность большого промышленного сибирского города!

Но пока что это замечательное явление существует в основном за счет напряжения сил четверых девчат. Они никогда не жалуются. И даже, по-моему, счастливы, что маленькая полянка в Нарыме - по-прежнему любимейшее место отдыха сотен тысяч красноярцев, гостей города.

- Посмотрите, вот этих хорьков воспитала кошка, которая с ними сидит. А родная мама - вон там, в другой вольере, - звучит мягкий, без нажима голос хозяйки-экскурсовода. Она никогда не станет в «лоб» призывать: полюбите животных. Но, расставшись с ней, вы обязательно подойдете еще к какой-нибудь вольере и чуть-чуть пристальнее, чем до сих пор, всмотритесь в ничем не примечательного, но живого, теплого лисенка или бельчонка.

Т.Величко

«Красноярский рабочий», 07.02.86 г.

Материал предоставлен Сиротининым В.Г.