Избушка Первостолбовского отхода, начатая постройкой в 1928 году.

Началось это с заявления группы учащихся о постройке избушки. Печатаю это заявление полностью:

Заведующему заповедником Столбы
гр. Яворскому

Заявление
учеников Красноярской профтехнической школы при Окр ОНО
Харламова, Баркова, Сойкина и Заорского

Будучи уже несколько лет постоянными посетителями Столбов, где мы, кроме спорта, имеем единственное место отдыха почти во все времена года, просим вас разрешить построить в окрестностях Столбов избушку по примеру некоторых столбистских организаций, причем обязуемся выполнять все постановления и обязательства по охране природы заповедника. В настоящем заявлении подписуемся: Я.Харламов, Барков, Сойкин, А.Заорский.

Ученики: Харламов Яков, Барков Анатолий, Сойкин Виктор, и Заорский Анатолий являются одними из дисциплинированных учеников, большие любители природы, сознательно относящиеся к законам защиты ее, почему присоединяю к просьбе учащихся свое ходатайство о разрешении постройки ими избушки в черте заповедника, беря ответственность за их дисциплинированность и выполнение правил заповедника.

Заведующий учебной частью профтехшколы К.Некошнов
17 мая 1929 г. № 368

Фактически просьба и разрешение на постройку были еще в 1928 году. Будущим хозяевам был указан примерно пункт строительства, а когда они приискали и точку на местности, то и приступили к постройке. Строили своими силами и так как в их руках побывали в профтехшколе уже всякие инструменты, то дело у них спорилось. В следующем 1929 году строительство было закончено. В общем, все участники стройки и посетители избушки были из профтехшколы: Сойкин Виктор Федорович, Барков Анатолий Дмитриевич, Харламов Яков, Дудник Алексей, Покровский Леонид, Седельниковы: Виктор, Зинаида и Ольга, Романов Леонид присоединился позднее. Избушка получилась значительных размеров с нарами на 11 человек. Обычно все избушки на Столбах измеряются по количеству человек, свободно лежащих на спине на нарах. Избушка была на насыпи, устроенной на склоне и обнесенной горизонтальными бревнами для защиты от обсыпания земли. Два окна на восток и юг давали достаточно света. Дверь выходила на запад, и от нее было так близко к обрыву, что выходя ночью нужно было всегда об этом помнить, чтобы спросонку не упасть с насыпи. Избушка Вилла была на тропе между избушками Решето и Дачкой с одной стороны и накрест с избушками Вигвам и Коммунарка. Воду брали в выкопанной ямке-колодце, находящейся немного выше избушки к северо-востоку от нее. Костер разводился с северной стороны. (СХЕМА 87)

Как жили в своей Вилле ее строители? Думаю что неплохо, ведь это была их молодость и радость. Дружба с соседями и, конечно, лазы и ходы по тайге. Избушки являлись своеобразным клубом, местом встреч. Таковыми были все избушки на Столбах. Разъединенные в городе друзья встречались здесь, да еще в такой чудесной обстановке, как на Столбах с их укрепляющим силу и здоровье чистым горным воздухом, с их увлекательными лазами, с костром, с песней.

Некоторый свет на препровождение времени этой компанией проливает воспоминание одного позднее присоединившегося компаньона Анатолия Васильевича Василовского. Вот его запись. «Член компании, строитель Покровский Леонид /Африкан Савич/ в 1941 году призван по мобилизации в ряды Красной армии, погиб на фронте. Он является создателем полированного шкафа для посуды. В 1935 году в избушку ходил Геннадий Степанов, выпускник, затем технорук профшколы. Замечательный товарищ и честнейший коммунист. Характера он был весьма веселого, большой мастер на все руки. Умер в 1948 или в 1949 г. на Урале где работал главным конструктором одного из крупных заводов. В это же время ходила в избушку его любовь Таисья Сергеевна Кобева. Очень веселая девушка и большая в то время спортсменка. Лазала как кошка. Роста она была небольшого, сложения миниатюрного, волосы черные, а глаза как два угля. Сейчас работает в крайкоме КПСС. Я стал ходить в Виллу тоже в 1935 году. Тогда там были Барков, Покровский и Сойкин. Компаниями ходили большими. Вечерами устраивали пляски у костра. Часто к нам приходили гости из Решето, Вигвама и Дружные. Особо отличалась в танцах Сашка-сучок, жгучая брюнетка из Решето. За поясом /кушаком/ у нее всегда был большой сучок, которым она во время пляски символически размахивала.

В осеннюю пору предметом забав был большой медный таз, в котором варили варенье или кисель из черники, а потом коллективно облизывали, и таз ходил по кругу. Покровский и Барков часто рассказывали историю как они слышали плач русалки внизу около ручья. Они бегали с топором, но как только они сбегали вниз, плач прекращался. Всегда после таких рассказов начинались всевозможные догадки. Кто говорил, что это сова, кто, что от ветра сосна пела и т.д. На зиму у избушки оставляли дверь открытой, чтобы не было затхлости и гнили. Ну и заботы было, кто приходил первым. Часа так два откапывали лыжами, ну уж зато как растопим свою чугунную печь и пойдет тепло по избе и жилам — наступало блаженство. С обрыва любили устраивать прыжки на лыжах, а то и просто сбрасывали друг друга. Хорошо если падали ногами, но горе, если упадешь головой.

Перестали ходить в избушку в 1937 году по причинам от нас не зависящим, ибо некуда было больше ходить — избушки не стало. Песен попели в свое время много. Песни пели разные: про Андрюшу-тракториста, «Выручай меня, ноченька темная», «Мурку», «Ах умру я, умру я», «Когда я на почте служил ямщиком» и т.п. Лазали всегда коллективно. Излюбленные были Первый Столб: Колоколом и Катушкой, Дед Хомутиком, иногда Второй Столб Коньком.

По сообщению В.Ф.Сойкина в его письме ко мне от 14 января 1957 года стало известно, что Харламов Яков погиб в Финскую войну, Романов А.Ф. работает машинистом в г.Одессе, а сам Сойкин в г.Канске.

Барков А.Д. работает зав. механической мастерской Красноярского Технологического института. Василовский А.В. на Красноярском Судостроительном заводе. Словом, каждый идет своим раз намеченным путем и совершенствует отечественную технику. Все они с удовольствием вспоминают былое, молодое столбовское время.

В 1938 году избушка Вилла была перевезена в городок за Второй Столб.

А.Яворский

ГАКК, ф.2120, оп.1., д.8