Одним из любимых мест прогулки красноярцев в прошлом /XIX век/ были «Ломы». Чтобы попасть туда, надо было преодолеть большую сравнительно дорогу: переправа через плашкоут в городе, острова Енисея, Малый плашкоут, 5 километров по степи до села Торгашино, там от кладбища подняться по дороге на самую вершину горы не менее 3-4 километров и начать спуск к речке Базаихе по южному склону так называемого Куйсумского хребта, что виден из города на юг. Дорога здесь дальняя и ее надо знать. В общем, еще десяток верст и вы на Базаихе. Тут под обзорной гривой и есть те самые ломы. Здесь же и Александровская Ломовская избушка — даровой приют и уют отдыха.

Под обзорной гривой у Александровской избушки чаще всего была база приходивших сюда туристов прошлого. Отсюда они и разбредались кто куда. Одни с удочкой шли на ломы, под которыми сибирская форель — хариус поджидал свою добычу и сам становился добычей рыбака. Кто шел по Базаихе и выслеживал рябчиков, то крадучись, то вызывая его на пищик. Ходили и фотографировали ломы и красивые окружья гор, поросших хвойным лесом и т.п. Избушка была у самой переправы через Базаиху и над речкой мост из сваленной лесины. Строитель Александров неплохо построил здесь свое пристанище, где он отдыхал и, как говорят, возами возил отсюда добытых коз. Немного выше по левую же сторону Базаихи была другая охотничья избушка — Григорьевская, тоже охотника-любителя и тоже жившего в городе у Старого базара. А за Григорьевской избушкой недалеко и Абатак — самая высокая точка гор в окр. Красноярска. А на Абатаке черника и грибы. А если сюда прибавить, что под Абатаком в пойме Базаихи покосы торгашинцев, то и им есть дело до Ломов и ее избушек. Только здесь было встретить пишущего эти строки с другими любителями странствований.

Однажды здесь были печатники целой компанией, отдельные рыбаки и охотники, а еще раз приехали старик и старуха из Торгашино на 5 верховых конях, причем три коня были вьючные со связанными в месте седла мешками, в которых были туясья. Это ягодники. Все у костра попили чай и старик на одном коне куда-то уехал, а старуха села у дверей и разбиралась с туясьями. Вскоре старик приехал, и мы увидели следующую картину. Старик вез за собой только что срубленную черемуху всю в ягоде, а ствол черемухи был привязан за хвост его верхового коня. Он подъехал к старухе, и она спокойно стала сидя обирать с черемухи ягоду. Это так возмутило нас, что мы решили наказать этих варваров и когда они куда-то отлучились, похитили у них весь запас хлеба, а сами ушли. Когда мы часа через два-три пришли к избушке, торгашинцев уже не было там, как и их коней. Без хлеба в тайге плохо. Так мы наказали этих хищников.

Раньше по Базаихе существовали так называемые «Броды». Они были известны более или менее всем любителям. Это были более мелкие места в расширенном русле речки. Обычно эти броды были косыми и речку переходили как бы зигзагами. В советское время Базаиха была расчищена от всяких заломов, и по ней сплавлялся лес мулем, т.к. по ней шли большие заготовки. Этот лес поступал для нужд лесокомбината в Устье речки, где и поступал на производство в имеющийся там завод по обработке древесины /Мебельная фабрика и пр./ Но в 1973 г. примерно сплав был прекращен и Базаиху стали чистить от топляка.

В связи со всем этим я вспомнил свои бродяжничества по этой речке. Как-то зайдя к Ломам, мы решили сплыть и сделали два маленьких плотика, а они сразу же и потонули, т.к. они были из лиственницы. Сделали из сосны и поплыли мы двое со Львом Гобовым на переднем, а его дядя Володя Власов на заднем вместе со своей любимой собакой Пучком. Плывем. Базаиха вихляет и в крутых поворотах у скалок заломы из приставшего леса. Отгребаемся, чтобы не попасть в залом, но быстрое течение все же заносит нас в него, и мы уже мокрые с ног до головы, т.к. нас сбросило в воду и мы должны догонять плотик. Смешнее всего смотреть на Володю, ведь у него на цепочке Пучок и он перед самым заломом его отвязывает. Вот картина: Плотик исчезает под заломом, потом из-под хлама выныривает и несется дальше, выныривает и Володя ловит Пучка, вынырнувшего рядом, но раньше выбравшегося на берег. Теперь погоня за плотом и его обуздание и снова Пучок на привязи. И смех и грех. Помучались мы, помучались и бросили плотик, а сами быстрым шагом до первого пристанища. Промерзли и все же нашли какую-то избушку, где у разведенного костра и отогрелись. Хорошо, что эти заломы были игрушечные, а не Ломы, из-под тех бы не выбраться.

Какая была тогда здесь глухомань, а теперь река прочищена, лес вырублен, а поселок Базаиха, ставший Кировским районом города Красноярска, так и ползет вверх по речке. Уже впадающая в Базаиху р.Калтат давно перешагнута строительством.

Не пора ли прекратить эту гонку самой большой по длине улице, которая, начинаясь у вокзала Енисей, обошла базайскую вышку и пошла вверх по Базаихе, дошла сюда, имея трехсотые номера домов. Ведь впереди Торгашинские Столбы с чудесными видами. Надо сделать и здесь запретную от строительства зону. Она пригодится для развивающегося туризма.

ГАКК, ф.2120, оп.1., д.7