Байки. Главный секрет Столбов
Убедили меня детки пойти на Столбы. Сказали: «Это тебе по силам, отец!» Поверил, пошёл. Вернее, поехал. И не зря. День золотой, осенний. Детские соревнования, море позитива. Повидал кое-кого из любезных моему сердцу лиц.
Но самый большой приз — три точных слова.
Утром, пока на входе ждали машину, подошёл Андроныч. Поздоровался преувеличенно-почтительно: «Главному столбисту, моё!..» Геройский человек Андроныч, восхищаюсь. В разговоре он поделился ценным высказыванием.
— Спросили (имярек): почему ты ходишь на Столбы? А он отвечает: мне здесь хорошо !
Вот и весь секрет!
06.09.2021.
Автор →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Владелец →
Предоставлено →
Собрание →
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко В.И. Байки
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко В.И. Байки
Другие записи
Купола свободы. 01. Брось Сэмет (перевод семьи Хвостенко).
— БРОСЬ, СЭМЕТ. Не буду читать я эту чушь! Мэтт Сэмет, выпускающий редактор Climbing Magazine только что позвал меня к себе в кабинет, где он в очередной раз прочёсывал интернет-форумы в поисках добычи. Со студенческих лет скалолазание означало для меня не просто развлечение — это была моя жизнь. Долгосрочные отношения с работодателями...
Ручные дикари. Таныш
Его принесли к нам в маленькой корзинке, с какими обычно ходят по грибы, вместе с приданым — бутылочкой молока и соской. Наверное, ему было тогда не больше одного-двух дней от роду. Весь он, казалось, состоял из ножек — необыкновенно длинных, тонких, которые беспомощно разъезжались на гладкой поверхности пола, — огромных подвижных ушей и глаз — больших,...
1918 г.
Пока идет еще старый стиль. Но разговоры о переходе на новый уже везде идут. Начну этот год с тех записей, которые у меня сохранились в дневнике. 10 апреля . Видел трех скворцов у скворечницы в городе. 13 апреля . По Каче вверх от города бутоны бурачка ленского, лапчатки бесстебельной. Розетки двух видов...
Были заповедного леса. Люди заповедника. Первый метеоролог
Седой, с резкими чертами загорелого обветренного, всегда чисто выбритого лица, в неизменном синем комбинезоне и грубых рабочих башмаках на толстой подошве, слегка сутуля широкие плечи, стоит он в моей памяти как живой — столбовский дедушка Михаил Иванович Алексеев и ясно слышу я его иронический голос: — Уезжаете на Кавказ? К теплому морю......