В позапрошлом номере «КК» мы рассказывали о том, что на могилах двух известных красноярцев — Елены Крутовской и ее мужа Джемса Дулькейта поставлены новые па­мятники. Нам удалось встретиться с людьми, близко знавшими эту пару, создавшую живой уголок в красноярском заповеднике «Столбы»

Крутовские
Имя Крутовских имеет для Красноярска особое значение. Владимир Михайлович Крутовский (родной дед Елены Крутовской) — известный врач, основатель первой фельдшерской школы и бесплатной амбулатории для бедных в Красноярске. Владимир Михайлович первым встретил в Сибири ссыльного Ульянова-Ленина и помог сделать так, чтобы местом ссылки ему определили юг края — село Шушенское. Всеволод Михайлович Крутовский (двоюродный дед Елены Александровны), был знаменитым на всю Сибирь садоводом.

Именно Крутовские подарили красноярскому краеведческому музею свою знаменитую семейную библиотеку, которая стала основой для первой публичной библиотеки в городе.

Елена Александровна воспитывалась в доме деда-врача. Ее родители рано разошлись, и девочка росла под присмотром деда. В страшном 1938 году Владимира Крутовского репрессировали. Он умолял внучку Лену поменять фамилию, чтобы не подвергнуться репрессиям. Но Елена отказалась. Свою фамилию она сохранила даже после того, как вышла замуж за Джемса Дулькейта.

Джемс и Елена
В истории любви Елены и Джемса много странного и даже мистического. Джемс, по происхождению шотландец, вместе с отцом и братьями сначала жил на Дальнем Востоке (интерес к открытию новых земель стал причиной, по которой семья покинула Шотландию и переехала в Россию). Глава семьи — Георгий Джемсович, работал на метеостанции на Дальнем Востоке. Потом ее закрыли, и семья перебралась в Красноярск, на такую же метеостанцию, расположенную на «Столбах». Здесь познакомились Елена и Джемс.

Они были абсолютно разными, непохожими друг на друга людьми. Елена Александровна — тихая и очень деликатная. Джемс — взрывной, импульсивный. При друзьях или посторонних он мог сказать: «Ленуська, ты дура!». Все замирали. А Елена словно не слышала. Она знала, что муж говорит так не со зла... Одевалась Елена Александровна очень скромно. Те, кто знал ее, вспоминают простое темное пальтишко, неизменный гребень в волосах. При этом Елена была по-настоящему красивой женщиной, с гордой, «дворянской» осанкой, благородными чертами лица. Джемс был далеко не красавцем, к тому же, из-за перенесенной тяжелой болезни у него был горб, один глаз — стеклянный. Но жить друг без друга Елена и Джемс не могли.

Когда 1984 году Джемс умер, Елена Александровна сказала: «Мне без него не жить». Тогда этим словам никто не поверил, но после смерти мужа Елена Крутовская растаяла на глазах. Она умерла ровно через полгода, 7 сентября. По мистическому совпадению, в день рождения своего мужа... Елена Александровна немного не дожила до 70-ти лет.

Как обезьяна влюбилась в кота
Первым питомцем уголка, созданного Еленой Крутовской, стала сорока по кличке Солик.

— Помню, все начиналось с сороки, — рассказал нам родной брат Джемса Дулькейта Святослав Дулькейт. — Была такая сорока Солик — ох, и шкодная птица! Ее подобрали раненой, но, поправившись, она очень хорошо летала и очень хорошо дралась. Навсегда осталась в моих детских воспоминаниях. Столько шишек мы от нее наполучали!..

Пожалуй, самая трогательная и удивительная история живого уголка связана с обезьяной, которая влюбилась... в кота! Она обнимала своего возлюбленного, всячески тискала его, проявляя свою любовь. Чтобы обезьяна не замучила кота окончательно, ее привязали на длинную веревку. Однажды обезьяна тяпнула за палец посетителя, который осмелился погладить ее возлюбленного. История закончилась трагично. Когда обезьяну отсадили в соседнюю клетку, она умерла — все тогда решили, что от тоски...

«Вам звонят из горкома партии»
Проблем у живого уголка всегда было много — и с кормлением зверей, и с вольерами, и с зарплатой помощникам, без которых с таким количеством животных Елене Александровне было бы не справиться.

— Моя мама помогала Елене Александровне доставать необходимое для заповедника, поскольку работала секретарем в Горкоме партии, — вспоминает красноярка Наталья Бойко, близко знавшая Елену Александровну. — Должность не бог весть какая. Но она, бывало, звонила на мясокомбинат и строго говорила: «Вам звонят из приемной горкома партии. Почему мясо не привезли в живой уголок?!». И все мгновенно решалось...

Похоронены рядом
В последние годы жизни го­родские власти помогли построить им каменный дом. Но в нем они чувствовали себя неуютно. Уже будучи серьезно больной, Елена Крутовская просила похоронить себя в заповеднике. Но это по ряду причин оказалось невозможным. Джемса Дулькейта, а через полгода и Елену Крутовскую, похоронили на кладбище Бадалык, в конце аллеи Славы. Живой уголок на Столбах опустел. Животных перевезли в новый зоопарк «Роев ручей». Близкие Крутовской люди считают, что мечта Елена Александровны исполнилась. Именно о таком зоопарке — просторном, удобном «живом уголке», она мечтала когда-то...

Мария Мишкина
«Красноярский комсомолец», № 39 (8879), 26.09.2001 г.