Письмо

О том, как помочь его обитателям, размышляет наш постоянный читатель, столбист

В прошлом я активный столбист, но 20 лет назад меня «догнала» инвалидность, и на Столбах стал бывать значительно реже. В основном 3-4 раза в теплое время года. Нынче мне удалось аж две недели отпуска провести в заповеднике! Это просто здорово! Описывать красоты бабье летней тайги не буду! Обращаюсь в «КК» по другому поводу — тревожусь за судьбу живого уголка.

Начну, уж простите, издалека. Мне повезло, я был знаком с таким интереснейшим человеком, как Елена Александровна Крутовская, которая много лет подряд руководила живым уголком на Столбах. С давних времен мы дружили с ней и ее семьей. Человеком она была удивительным, нестандартным, оригинально мыслящим. Крутовская умела прощать недостатки, умела вселить уверенность потерявшему себя человеку. Свои нравственные критерии никому не навязывала, но как-то так получалось, что люди задумывались о них. Она заботилась не только о братьях наших меньших, но и о тех, кого жизнь обидела. Возьмите ее мужа, Джеймса Георгиевича Дулькейта. Став горбатым, он пришел к ней случайно — работать на метеостанции. Потом стал и единомышленником, и другом. Детей у них не было. Они взяли мальчика из детдома. Оказалось, что у него есть сестра-погодок. Взяли и ее. Вырастили обоих. В доме Крутовской на Столбах всегда было многолюдно, никто не был лишним.

Интересно было наблюдать, как Крутовская работала со зверями — точно добрая нянька-ворчунья, говорунья. Она постоянно подчеркивала необходимость доброго отношения к братьям нашим меньшим, к природе вообще. В живом уголке существовал порядок работы, удобный в первую очередь для животных. Клетки все были ухожены, надписи оформлены с выдумкой. Крутовской, случалось, заказывали встречи с детьми. Такие встречи всегда превращались в урок доброты. «Человек, — учила Крутовская, — не должен быть потребителем. Если он существо мыслящее, он должен служить природе, охранять ее».

Своим отношением к окружающему миру Крутовская стала известна и за рубежом. Ее научные труды, ее книги всегда вызывали интерес в определенных кругах, хотя ученых званий она, по-моему, не имела и из-за этого не комплексовала.

Но это все присказки. А «сказка» вот в чем. По моему глубокому убеждению, живой уголок обречен на закрытие. Мне кажется, виной тому три причины. Первая — отношение руководства. Вторая — отсутствие должного финансирования. Третья — отсутствие такого фанатика, какой была Крутовская, на должности заведующей уголком.

Мне кажется, уголок для заповедника — постольку-поскольку, отношения между ними натянутые. Сейчас директором заповедника — один из давнишних почитателей Крутовской, а положение с уголком все хуже. Наверно, есть еще какие-то причины этому, но мы многого не знаем, и потому «валить» все только на директора было бы неразумно.

Мне думается, «собака зарыта» в финансах. На мизерных окладах в живом уголке работают две-три женщины. Возможности подрабатывать у них нет. Хотя при желании можно было бы ввести в живом уголке коммерческие услуги. Думаю, среди отдыхающих нашлось бы немало желающих покататься на лошади, сходить в русскую баньку, сфотографироваться на фоне медведя или другого животного и т.д. И людям было бы удовольствие, и сотрудникам уголка — кой-какая прибавка к жалованью. А сытый человек, как известно, работает лучше. Так что и животные бы выиграли от такого нововведения.

А может, отдать живой уголок какому-нибудь коммерсанту на откуп? Только где его взять, такого предпринимателя, который бы и правила заповедные не нарушал, и персонал хороший содержал, и чтобы, самое главное, был организован должный уход за зверьем. А то ведь смотреть больно на то, как рушится доброе дело. Чувствуется отсутствие мужской руки: изгороди валятся, клетки прохудились, должного контроля и работы с посетителями нет. Заходи в любую клетку с пьяных глаз и доказывай, что ты «царь природы». Были случаи, когда туристы выпустили зверей из клеток.

Одним словом, с уголком нужно срочно что-то решать. Если нет возможности изменить положение к лучшему, уголок нужно закрыть, признав невозможность содержания животных на должном уровне в современных условиях. Это было бы честно и перед памятью Крутовской, и перед зверями.

Это не только мое мнение. Многие работники заповедника считают, что так или иначе в скором времени уголок вынужден будет закрыться.

Анатолий Николаевич Куликов,
Красноярск

«Красноярский комсомолец», 04.12.97 г.

Материал предоставил А.Василовский