Красноярский рабочий

«Столбы» преткновения

Возвращаясь к напечатанному

Сегодня мы подводим итоги разговору о проблемах природопользования в Государственном заповеднике Столбы«, который в течение нескольких месяцев велся на страницах «Красноярского рабочего». В ответ на выступления Р.Коловского «Главная ценность», Д.Суворова «Столбисты или дачники?» и Д.Штильмарка «Нужен как воздух» редакция получила свыше ста писем. Опубликовать или хотя бы процитировать все практически невозможно, но те, которые напечатаны здесь, достаточно верно дают представление о характере этой почты

Я хожу на «Столбы» с 1959 года. За это время мне довелось увидеть и расцвет столбистского движения, и его насильственное уничтожение. И что характерно: по фазе это уничтожение совпало с подъемом и резким увеличением туризма одного дня. На наших глазах сотни тысяч случайных людей превращали «Столбы» в мусорную свалку, вытаптывали маленький пятачок ТЭР, ограниченный Центральными столбами, а мы, столбисты, были поставлены в положение зрителей, причем нежелательных, если не сказать хуже. Вообще красноярцев долгие годы приучали к тому, что они в заповеднике — гости, которые ничего не могут изменить в сложившейся ситуации.

Застойный период нашел свое отражение и на наших многострадальных «Столбах». Погромы, поджоги, непрекращающееся браконьерство, мусор почти под каждым кустом, просеки в заповедном лесу, бедственное положение живого уголка — то есть бесконтрольное уничтожение природы и инфраструктуры «Столбов» — вот характерные приметы административного метода хозяйствования на «Столбах». Администрация словно забыла, что с тех пор, как в 1924 году по инициативе столбистов был создан заповедник, он всегда мыслился местом, где отец будет учить сына, а дед — внука ловкости, мужеству, доброте, бережному отношению к природе своей малой родины. Ретивые чиновники, далекие от духовной жизни этого уголка, исповедовали один принцип: держать и не пущать. Какое им дело до того, что сюда ходили люди многих поколений, здесь становились духовно богаче сотни и тысячи мальчишек и девчонок, что на «Столбах» выросли скалолазы, принесшие славу советскому спорту. Им не понять, что «Столбы» немыслимы только как набор элементов природы. «Столбы» — это организм, единый с человеком, который привнес в него частицу своей души. Это наша история, наша Родина. И бережное отношение к ней предусматривает наряду с охраной природы охрану народной традиции. Все эти доводы игнорируются администрацией заповедника, которой хотелось бы остаться наедине с безропотным массовым посетителем в заповедной зоне вне критики. Для этого требовалось немного: убрать со «Столбов» столбистов!

И вот традицию, пережившую вместе с нашим народом все невзгоды и лишения, в том числе сталинские репрессии (мало кто знает, что первый директор заповедника А.Л.Яворский в 1937 году был репрессирован, а столбистские избушки уничтожены), начинают душить в буквальном смысле этого слова. Как и пятьдесят лет назад, практически все столбистские избушки уничтожены, слово «столбист» стало ругательным, а урон, наносимый массовым посетителем, приписывается столбистам. И вот печальное следствие: стало меньше завсегдатаев «Столбов», готовых прийти на помощь в трудную минуту, увеличилось число смертельных случаев, так как увеличился общий поток людей, приходящих на скалы и не имеющих навыков лазания. Однако число детей, желающих записаться в секцию скалолазания, резко уменьшилось. Объяснение, думаю, простое: люди приходят в заповедник раз в году и чаще — случайно. Их к этому приучили.

Вновь созданное объединение столбистов поставило своей целью возрождение народной традиции — столбизма. Нас не устраивает положение временщиков, гостей на родной земле, довольствующихся подсовываемым им суррогатом, который администрация выдает за эталон: посещать «Столбы» с 9 до 19 часов. Мы за «Столбы» под народным контролем! Мы не можем позволить кому бы то ни было совершать на «Столбах» действия, не отягощенные мыслью, даже если эти люди прикрываются законом. Мы за сотрудничество со всеми, кому дороги наши «Столбы». Мы за проведение конференции по проблемам «Столбов», за выработку индивидуального статуса заповедника, который бы предусматривал возможность широкого участия народа в наведении порядка на «Столбах», в защите их природы и народных традиций.

Н.Молтянский,
тренер

***

Я — бывший столбист, люблю «Столбы» до самозабвения. Скажу точно: избушки на «Столбах» не нужны. Они портят эстетический вид, а их обитатели ведут себя как привилегированные, стоящие над законом люди. Зачастую в избушках организуются пьянки. Мы всегда обходились на «Столбах» без избушек, и это не мешало нам получать заряд бодрости и энергии на всю рабочую неделю. Я считаю, истинный столбист никогда не будет голосовать за избушки. А вот столбисты-«дачники» думают не о заповеднике, а о себе: как бы им удобнее устроиться. Их не волнует, что избушки оскверняют облик «Столбов».

Е.Кедрова

***

Именно из желания сохранить неприкосновенными скалы и лес от посягательств промышленных предприятий, и был создан по просьбе трудящихся более 50 лет назад Государственный заповедник «Столбы», а не из-за того, что там водятся какие-то уникальные звери и птицы. Где, в какой стране созданы заповедники в трех километрах от конечной остановки городского автобуса, от города почти с миллионным населением и огромным количеством заводов и фабрик? Почему горожан хотят лишить (да практически уже лишили, так как районы красивейших скал Калтатской долины и Диких столбов давно закрыты для посещения) огромного куска пригородной зоны, имеющей исключительное значение в эстетическом, спортивном и патриотическом воспитании молодежи, не говоря уже об оздоровительном значении? Как иначе понимать, что, несмотря на постановление ЦК КПСС по Красноярскому краю, в котором говорится о плохой организации отдыха трудящихся, у жителей края пытаются отнять одно из самых любимых мест отдыха? Почему мы плачем о соколах-сапсанах, которые, по утверждению сотрудников заповедника, перестали селиться на Манской стенке, и не заботимся о тысячах людей, которые задыхаются от запаха пенициллина? Слов нет, надо сохранить «Столбы» для потомков, но ведь это не значит, что надо запретить туда ходить нам, ныне живущим.

Неужели нельзя вернуть скалы народу, а заповедник отодвинуть за их пределы?

Соколов, Бибик, Сидельников,
Киселев, Козлов и др. -
работники Красноярского завода телевизоров

***

Считаю, что главный вопрос по заповеднику почти никто не затронул. А вопрос это такой: почему «Столбы» — заповедник? Зачем нам вообще столько заповедников? Я понимаю, что если в каком-то ограниченном ареале живет (произрастает) ограниченное количество животных (растений) и другого пути сохранить их нет, возможно установить заповедный режим. Но сейчас мания заповедников. А для кого он существует? Сам для себя? Людей в него не пускают, значит, людям он не нужен. Для ученых? Девяносто процентов исследований они могут проводить в лесах с обычным режимом пользования. Насколько я понимаю, в заповеднике «Столбы», кроме камней, заповедовать нечего. Не спорю, они имеют определенную ценность, но если к ним перестанут пускать людей, то они не будут иметь никакой ценности, так же, как не имеет ценности золото в ядре нашей планеты (если оно там есть, конечно). Разные специалисты-антистолбисты пугают читателей примерами уничтожения леса. Но почему лес надо беречь только на «Столбах»? Лес надо беречь везде, по всей стране.

Теперь о столбизме. Р.Коловский в статье «Главная ценность» пишет, что это «уникальная этническая традиция, не имеющая аналогов в мировой культуре». Сомневаюсь, что среди столбистов есть большие специалисты по мировой культуре. Налицо самовоспевание. Считаю, столбизм как таковой выделять не следует. Все люди должны быть равны в возможности общаться с природой. Тем более в задыхающемся, переполненном Красноярске. Надо не запрещать, а поощрять выход людей на природу. Естественно, этим процессом надо управлять. И еще мне непонятно стремление вписать «Столбы» в какую-то схему: заповедник — национальный парк и прочее. Надо в принципе решить этот вопрос: как использовать это богатство на пользу народу, что там можно, а что нельзя. И не держаться за шаблоны. Мои предложения:

— отменить статус заповедника;

— ввести платные путевки на посещение «Столбов»;

— на средства от проданных путевок и штрафы с нарушителей содержать охрану «Столбов» и по возможности организовывать отдых людей;

— количество путевок должно быть научно обосновано с учетом пропускной способности угодий;

— путевки выделять в первую очередь тем, кто принимает активное участие в охране природы;

— запретить любое строительство и любые разработки недр и лесных запасов на территории «Столбов» (имею в виду и строительство избушек).

И последнее. Пока действует в нынешнем виде КАТЭК, алюминиевый завод и прочие, пока строятся гигантские, все уничтожающие ГЭС, трудно надеяться на то, что люди, особенно молодые, будут бережно относиться к цветам и деревьям, животным и скалам, даже если эти скалы — «Столбы».

В.Семенов,
лесник, 31 год

***

У заповедника «Столбы» немало проблем. К примеру, не поднимаются в печати вопросы охраны заповедника на его неприкосновенной части, в зоне абсолютной заповедности. За последние годы там часты случаи браконьерской охоты и самовольной рубки лесов, но они почему-то прикрываются. До настоящего времени не укомплектован штат лесной охраны... И все-таки режим туристско-экскурсионного района — одна из наиболее актуальных проблем. Решение этого вопроса может быть достигнуто при утверждении индивидуального положения заповедника «Столбы», а не путем отделения ТЭРа и присоединения его к национальному парку, как рекомендует это в статье «Нужен как воздух» Д.Штильмарк. Только признав, что наряду с основными задачами заповедника по охране и изучению всех компонентов природного комплекса он будет содействовать и развивать народное движение — столбизм, только тогда будет достигнута цель, отвечающая интересам общественности краевого центра. Предлагаю выделить три зоны: строгого заповедного режима, туристско-экскурсионную — зону массового посещения, причем с круглосуточным режимом работы, и зону ограниченного посещения — для проведения тренировок сборных команд альпинистов, скалолазов и, как исключение, показа уникальных скальных объектов. Общественные, туристские и спортивные организации строят свои взаимоотношения с заповедником на договорной основе.

А.Кнорре,
зав.отделом Красноярского
филиала ЦИНОТУР,
бывший старший научный сотрудник
заповедника «Столбы»

***

Скажите мне: для кого существуют «Столбы»? Для нескольких сот столбистов или для всего народа, для всех красноярцев? Послушаешь столбистов и приходишь к ошеломительному выводу: оказывается, никто, кроме них, не понимает и не любит природу! Почему, не спросив, как я отношусь к природе, что знаю о ней, меня вместе с другими «разовыми» посетителями «Столбов» автоматически записывают в разряд каких-то ущербных людей, которые наносят лесу только вред?! Меня потому и привлекает идея создания на «Столбах» национального парка, что она демократична, предполагает равные возможности в организации отдыха для всех людей. И, главное, национальный парк предполагает специальный штат, обслуживающий персонал, который будет следить за состоянием территории. По-моему, только в этом случае будут соблюдены интересы природы и интересы человека.

Наташа Иванова,
студентка

Редакционную почту комментирует научный сотрудник Красноярского краеведческого музея А.В.Виноградов:

— Читаешь иные письма из этой обширной почты и диву даешься: за что же люди сражаются, что отстаивают? Интересы заповедника, который действительно нуждается в помощи? Не похоже... Свои интересы? По крайней мере, к такому же выводу пришла читательница «Красноярского рабочего» Е.Колбасина, которая, судя по ее письму, внимательно следила за развернувшейся на страницах газеты дискуссией. Она с грустью замечает: «Почему нам всегда предлагают только крайнее: „вот какие плохие столбисты“ или „вот какие нехорошие лесники“? Речь-то идет о дальнейшей судьбе заповедника». Почему же, доказывая свою любовь к этому красивейшему уголку земли красноярской, любовь, уверен, искреннюю, люди тем не менее недостойно переходили на личности и оскорбления друг друга, а весь спор начинал напоминать склоку на коммунальной кухне? Почему в пылу сражений вольно или невольно забывался главный предмет дискуссии — «Столбы»? Ведь очевидным и признанным всеми, несмотря на разномыслие, является решение двух вопросов:

Вернуться к проведению научно-практической конференции по проблемам «Столбов», которая должна была состояться еще в марте текущего года, и обсудить на ней главное: изменение статуса заповедника. Важно узаконить присутствие в нем десятков тысяч людей и создать такие условия, когда природе не будет наноситься ущерб.

На это и должны быть направлены общие усилия руководителей края, города, заповедника и общественности. Но как раз общих усилий и нет, а бесконечные споры о том, кто лучше — администрация заповедника или столбисты, не так уж безобидны. Не только потому, что не приближают к цели. Они рождают отчуждение между людьми, создают нездоровую обстановку на «Столбах», которой всегда воспользуется кто-то третий. Недавно вспыхнула контора заповедника, и пока следствие выясняет причины пожара, в городе разнесся слух: отомстили лесникам столбисты! Его обывательская природа понятна: коли есть драчка — должна быть и месть! Но разве не понятно другое — дровишки в костер слухов и домыслов нередко подбрасывают сами участники споров, когда не хотят внять голосу разума, когда заранее уверены, что противник может быть только не прав, когда призывают, как это делает в своем письме писатель Александр Берман из Москвы, «бить наглецов». Так он называет работников лесной охраны заповедника. А еще — «шпаной, дельцами, интриганами»... Впрочем, это московский житель, который составил свое мнение по нескольким поездкам и встречам. Но почему до подобного уровня опускаются те, кто хорошо знает суть дела и искренне переживает за его исход, потому что это — еще и дело всей жизни?

Бестактным показалось мне сравнение нынешних событий в заповеднике с репрессиями 37-го года. Нельзя, по-моему, вот так, походя, словно лыко в строку, вставлять огромную народную беду в контекст совершенно иных по природе событий, зная, что неискушенный человек сразу же откликнется на это сравнение сердцем и уж, наверняка будет считать администрацию заповедника ни кем иным, как «врагом народа». Утрата каких-то важных нравственных ориентиров, чувства меры — тоже, думаю, последствие нездоровых споров вокруг «Столбов».

Что же лежит в их основе?

Заповедник раскинулся за городской чертой, но корни всего, что происходит в нем, уходят в городскую жизнь. Любое явление или движение на «Столбах» брало свое начало в городе. Среди других причин нынешней ситуации я хочу выделить одну, на мой взгляд, главную: экологическую необразованность горожан, отсутствие экологического мышления. Любить природу и понимать ее — далеко не всегда одно и то же. Многие люди, предлагая утвердить особый статус Красноярского заповедника, не понимают простой вещи: не может быть создан заповедник для людей. Его главная функция — беречь природу от людей. Мы говорим о законах, которые защищают интересы природы. Лозунг «Все для блага человека!», на который ссылаются авторы писем, не вездесущ, как это может показаться. Когда, прикрываясь интересами и благом человека, начинают осваивать и уничтожать природу — будь то строительство или отдых, — этот лозунг становится антиэкологичным, а, значит, античеловечным, с ним мы запросто можем «съесть» самих себя. Новое мышление — это прежде всего экологическое мышление, рассматривающее человека и природу как формы живого.

Хартия охраны природы и Всемирная стратегия охраны природы провозгласили основные положения аксиоматики охраны живого. Всякая форма жизни уникальна и достойна уважения вне зависимости от ее ценности для человека. Признавая право других существ на жизнь, человек добивается уважения к самому себе как существу нравственному. Нет видов и форм абсолютно вредных, ненужных природе и человеку, а есть виды и формы с непознанными, а потому неиспользованными пока качествами.

Именно неуважением к живому, к «каким-то зверям и птицам» пронизаны, к сожалению, многие письма в редакционной почте, посвященной «Столбам». С подобным нравственным изъяном и антиэкологичным мышлением мы вышли из застойных времен, и преодолеть их не так-то просто. Ведь даже специалисты не видят никакого противоречия в утверждении Р.Коловского, что главная ценность заповедника — не генофонд, а столбизм, уникальная народная традиция. С таким же успехом можно придумать заповедник для любой традиции, движения и тем самым умертвить их. Потому что традиция жива лишь в развитии, в постоянном совершенствовании, в усвоении нового мышления (с этой точки зрения я считаю столбизм неэкологичным движением, и в этом, думаю, его главная сегодняшняя беда, не дающая взглянуть на вещи объективно, тормозящая его развитие). Впрочем, неэкологичностью мышления отмечены и какие-то поступки администрации заповедника, к примеру, бездумная рубка леса под линию ЛЭП. То есть неэкологичность — общая наша беда, и мы должны хорошо понимать, какими способами преодолевать ее.

Новое мышление заключается и в понимании, что продолжить развитие вместе с современной биосферой человечество может только в том случае, если поставит перед собой цели, диктуемые нравственностью, иррациональные с традиционных позиций — цели самоограничения, то есть именно те, которые и отделяют разумного человека от других организмов, поскольку ни один вид не умеет ограничивать себя в потреблении, размножении и распространении.

Такая идея самоограничения и заключена, по-моему, в предложении включить наиболее посещаемую часть «Столбов» в состав национального парка, который предполагает свой регламент природопользования. С этим предложением на страницах «Красноярского рабочего» выступил Ф.Р.Штильмарк, крупнейший в нашей стране специалист по охране территорий. Он подробно рассказал о статусе национального парка, я не буду повторяться, замечу лишь, что, учитывая интересы человека, парк вместе с тем защищает интересы природы. У него есть специальный штат, который следит за порядком и без которого немыслима сегодня организация отдыха тысяч людей на такой территории, какую представляет из себя посещаемая часть «Столбов». Наивно думать, что порядок можно поддерживать только силами энтузиастов, как предлагают это столбисты, хотя добровольные помощники, конечно, нужны. Речь идет об организации отдыха не сотен столбистов, а тысяч красноярцев и гостей города. И здесь нужна четкая система.

Почему же идея национального парка так непопулярна в массах? Потому, по мнению автора одного из писем А.В.Василовского, что «Столбы» в этом случае превратятся в коммерческое предприятие и погубят столбизм. Он описывает свое пребывание в национальных парках Японии и Югославии. А.В.Василовского покоробило прежде всего то, что это были коммерческие предприятия, то есть за посещение их туристы платили деньги. Ну и что? Как знать, если бы к живому уголку на «Столбах» хотя бы одна тропа была коммерческой, то, думаю, бедные звери не испытывали бы тех лишений, что сегодня. А отдельные коммерческие маршруты, например, по линии бюро путешествий и экскурсий, позволили бы найти средства на благоустройство ТЭРа, который сейчас являет, прямо скажем, безобразное зрелище своим антисанитарным состоянием, представляет типичный образец извращенной индустрии отдыха. Кстати, А.В.Василовский не упоминает о состоянии национальных парков в Японии, а зря. Нашим «Столбам» до них еще расти и расти. Впрочем, произошло это, думаю, не случайно. Ведь статус национального парка не допускает, чтобы человек или группа людей вели себя на природе так, как им заблагорассудится, переходя все дозволенные границы, говоря откровенно, сибиряки именно так и ведут себя на «Столбах», и поступаться своими интересами многие люди не желают.

«Разрешите, т.Штильмарк, — замечает А.В.Василовский, — этот вопрос (о статусе „Столбов“, — прим. мое, А.В. ) решить самим красноярцам. Это наша боль». Ну, а чья боль — Байкал? Горы Жигули? Только иркутян и волжан? Решать только местным, руководить только местным, правила устанавливать только свои — да это чистейшей воды провинциализм, над которым смеялся и грустил А.П.Чехов. Не видеть ничего, кроме своей «кочки», не использовать мировые достижения... Да и может ли быть местной наука? Краеведческой — да, но не местной. Добытая наукой истина не терпит административных границ. Невозможно «придумать» местные правила для «Столбов», не исказив при этом истины. Ею, уверен, и надо руководствоваться, решая судьбу заповедника.

"Красноярский рабочий"1988 г.
№ 222 (20913)

Материал предоставлен Сиротининым В.Г.

Автор →
Предоставлено →
Красноярский рабочий
Сиротинин Владимир Георгиевич

Другие записи

Вестник "Столбист". № 2. Проблемы "Большой Орешной
Какова длина самой длинной конгломератовой пещеры Мира? Русский топосъемочный проект: ’’Большая Орешная-98’’ Расположенная на территории нашего края пещера ’’Большая Орешная’’ является длиннейшей пещерой мира в конгломератах, а также самой длинной пещерой России. До 1970 года в пещере было известно около трёхсот метров ходов. Благодаря усилиям...
В революцию через «Столбы…»
Страницы истории О том, что славные революционные традиции в Красноярске зарождались и на Столбах, что эти красивые и любимые горожанами места стали убежищем для многих передовых людей того времени, известно всем. Но кто они — эти люди? — вот вопрос,...
Вестник "Столбист". № 10. Записи из журналов компании "Голубка"
СТОЛБЫ: ФОЛЬКЛОР Вот уже несколько лет подряд избу «Голубка» посещает наш друг и товарищ Ирина Лизоркина, чьи трудовые и спортивные достижения не раз отмечались советской властью. Ее светлый ум, удивительная работоспособность поражали окружающих и привлекали народ, заставляя объединяться всех ведущих...
Застолбились!
Солнечное сентябрьское утро. Сбор — возле физкультурно-спортивного клуба «Авангард» общества инвалидов Кировского района. Сюда «приписаны» все стремящиеся к активному образу жизни инвалиды. Впрочем, инвалидами они себя не считают, ну, разве что статус такой — и только. Стараются жить нормальной, привычной жизнью и после того, как случилось...
Обратная связь