Величко М. Красноярский рабочий

Память земли

Это интересно

Удивительные растения растут вокруг Красноярска — неожиданные, немыслимые в условиях нашего климата. В полном смысле феноменальные.

Я шел по самой гривке Торгашинского хребта, овеваемой всеми ветрами, высушенной горячим летним солнцем. Издалека увидел цветущий куст курильского чая. А ведь не полагается ему тут расти, не может он здесь благоденствовать. Его места лежат на тысячу метров выше, в зоне субальпиков, на влажной почве горных лугов в долинах речек. Но извольте видеть — растет высоко над Барвихой, да еще и цветет обильно, щедро.

Уже одно присутствие курильского чая — кустарниковой лапчатки — в растительном сообществе ближнего Красноярья поднимает кучу вопросов! Да ведь если бы одна кустарниковая лапчатка! А то рядом, тут же, над Базаихой, над Енисеем, над Маной и по Мане поселились другие выходцы из подальпийской зоны: эдельвейс, водосбор, желтые альпийские маки, альпийский лук... Все они — реликт других, более суровых времен, память геологического прошлого древнего Енисея.

Вот ведь еще какая память есть у земли! Не камень, не слово! Растение! Курильский чай растет себе на Торгашинском хребте десятки, а может быть, и сотни тысяч лет. Медленно меняются условия его среды, и так же медленно приспосабливается он к изменяющимся условиям. Приспособился! Выжил!

Разве не подлежат все эти выходцы из горных тундр альпийских и субальпийских лугов особому догляду и охране. Право слово, редкое чудо в природе надо беречь.

То, о чем я только что рассказал, лишь одна сторона феноменальности флоры красноярских окрестностей. Есть и другая, не менее интересная и удивительная.

Оказывается, в красноярских лесах живут выходцы из теплых, можно сказать, субтропических времен. Ятрышник, ставший чрезвычайно редким, любка, а также всевозможные ирисы, тюльпаны.

Пришельцы разных климатов: холодного и теплого, сухого и влажного и местные хозяева, представители сегодняшнего умеренного климата, спокойно уживаются бок о бок — свидетели тысячелетий, пронесшихся над землей.

Явление феноменальности приенисейской флоры вокруг Красноярска ставит много интересных научных проблем. Однако это же дает и простой житейский вывод: нельзя бездумно относиться к деревьям и кустарникам, травам и грибам. Многие ввиду их настоящей редкости подлежат охране как истинные памятники природы.

Второй вывод тоже прост. Надо, вероятно, обратить внимание на возможность более широкого внедрения редких реликтовых растений в декоративную культуру городских насаждений. Им легче и проще прижиться в наших условиях.

И замечу, что мало есть краев на земле, где бы жили бок о бок представители разных климатов и эпох.

М.Величко

«Красноярский рабочий»,

Материал предоставлен В.И.Хвостенко

Автор →
Предоставлено →
Величко М. Красноярский рабочий
Хвостенко Валерий Иванович

Другие записи

Злой дух горы Чо-Ойю
Чо-Ойю — этот гималайский гигант высотою 8201 метр недавно покорился российским альпинистам, среди которых были красноярцы Николай Захаров, Владимир Лебедев, Петр Кузнецов и Ирина Миллер. Восхождение было сверхрискованным и сложным. Мало того, что предпринято она было по неприступному восточному гребню, «отвергшему» пять предыдущих экспедиций, —...
Первыми "столбистами" были дети декабристов
Опубликованные впервые в книге «Сибирские письма декабристов» акварельные рисунки В.В.Давыдова (сына декабриста В,Л.Давыдова - адъютанта Багратиона, друга Пушкина, Пестеля) хранятся в Государственном историческом музее. В известной нам литературе сведений, как о самом юном художнике, так и об истории создания этих...
Вестник "Столбист". № 9 (21). Обитатели Живого уголка
Он был резов, но очень мил - Курил табак, спиртное пил... Хотя уж нет его в Нарыме, Но помнят здесь его поныне Жил когда-то в «Живом уголке» козел Яшка. Столбисты научили его курить и пить вино. Особенно полюбил рогатый «шахтерскую похлебку» — размоченный в водке хлеб. И стал Яшка алкоголиком....
Вестник "Столбист". № 37. Бедный Боря
БАЙКА На верхние Акташские ночевки опускался вечер. Последние лучи солнца вспыхивали на снежниках Дугобы. Наша компания, сбор спортобщества «Труд», коротала время за чаем, рассевшись вокруг здоровенного плоского камня. Кто-то мурлыкал под нос песенку, кто-то беседовал «за жисть». Но, вдруг, вскочил Середа и стал из-под ладони...
Обратная связь