Величко М. Красноярский рабочий

Память земли

Это интересно

Удивительные растения растут вокруг Красноярска — неожиданные, немыслимые в условиях нашего климата. В полном смысле феноменальные.

Я шел по самой гривке Торгашинского хребта, овеваемой всеми ветрами, высушенной горячим летним солнцем. Издалека увидел цветущий куст курильского чая. А ведь не полагается ему тут расти, не может он здесь благоденствовать. Его места лежат на тысячу метров выше, в зоне субальпиков, на влажной почве горных лугов в долинах речек. Но извольте видеть — растет высоко над Барвихой, да еще и цветет обильно, щедро.

Уже одно присутствие курильского чая — кустарниковой лапчатки — в растительном сообществе ближнего Красноярья поднимает кучу вопросов! Да ведь если бы одна кустарниковая лапчатка! А то рядом, тут же, над Базаихой, над Енисеем, над Маной и по Мане поселились другие выходцы из подальпийской зоны: эдельвейс, водосбор, желтые альпийские маки, альпийский лук... Все они — реликт других, более суровых времен, память геологического прошлого древнего Енисея.

Вот ведь еще какая память есть у земли! Не камень, не слово! Растение! Курильский чай растет себе на Торгашинском хребте десятки, а может быть, и сотни тысяч лет. Медленно меняются условия его среды, и так же медленно приспосабливается он к изменяющимся условиям. Приспособился! Выжил!

Разве не подлежат все эти выходцы из горных тундр альпийских и субальпийских лугов особому догляду и охране. Право слово, редкое чудо в природе надо беречь.

То, о чем я только что рассказал, лишь одна сторона феноменальности флоры красноярских окрестностей. Есть и другая, не менее интересная и удивительная.

Оказывается, в красноярских лесах живут выходцы из теплых, можно сказать, субтропических времен. Ятрышник, ставший чрезвычайно редким, любка, а также всевозможные ирисы, тюльпаны.

Пришельцы разных климатов: холодного и теплого, сухого и влажного и местные хозяева, представители сегодняшнего умеренного климата, спокойно уживаются бок о бок — свидетели тысячелетий, пронесшихся над землей.

Явление феноменальности приенисейской флоры вокруг Красноярска ставит много интересных научных проблем. Однако это же дает и простой житейский вывод: нельзя бездумно относиться к деревьям и кустарникам, травам и грибам. Многие ввиду их настоящей редкости подлежат охране как истинные памятники природы.

Второй вывод тоже прост. Надо, вероятно, обратить внимание на возможность более широкого внедрения редких реликтовых растений в декоративную культуру городских насаждений. Им легче и проще прижиться в наших условиях.

И замечу, что мало есть краев на земле, где бы жили бок о бок представители разных климатов и эпох.

М.Величко

«Красноярский рабочий»,

Материал предоставлен В.И.Хвостенко

Автор →
Предоставлено →
Величко М. Красноярский рабочий
Хвостенко Валерий Иванович

Другие записи

Обсуждение проблем природопользования в государственном заповеднике «Столбы»
Продолжаем обсуждение проблем природопользования в государственном заповеднике «Столбы» Пожалуй, никогда еще «Красноярский рабочий» не отводил столько места на своих страницах проблемам природопользования в государственном заповеднике «Столбы», как за последние два-три месяца. Причин тому много, и главная та, что экологические вопросы вообще занимают сегодня особое внимание общественности. Но в Красноярске...
Вестник "Столбист". № 11 (23). Второй Столб. Ход Сарачевка
СТОЛБЫ: ОПИСАНИЕ ХОДОВ Ход Сарачевка не требует атлетических данных и относится к столбовским маршрутам 6 к.сл. (см. № 10 за 1998 год). Путешествия по Сарачевке рекомендуются как курортно-санаторное лечение городских неврозов. Главное — отправляясь в путь, не забыть красавицу гитару и попискивающие охапки девушек История хода скрылась от нас в столетнем тумане. Ясно, что легчайший...
Есть только миг…
Много дней шел над тайгой ленивый снег. Он по пояс завалил леса. Под белым гнетом гнутся ветви берез. Тяжело кренятся лапы сосен. Не ельники стоят — белая сказка. Пока валил снег, немо было в тайге: падали и падали снежинки, глуша все звуки. А тут вдруг что-то прорезалось...
Мастер и его ученики
Дмитрия Иннокентьевича Каратанова — учителя нескольких поколений художников Сибири, сегодня знают далеко не все. Для более полного и верного понимания его заслуг важны не только сведения о его художественных работах и преподавательских трудах, но и осознание того, в каком соотношении они стоят к его предшественникам, что ему самому по мере таланта...
Обратная связь