Столбистские истории

- Алкоголь и скалолазанье
- Бог Зяма, богиня Софья и полковник милиции
- Высотно-сортирные обстоятельства
- Вот те рысь!
- Деревация
- Калибровка на Позвонке
- Жемчужина
- На кого шпионишь?
- Накормил, называется …
- Спасательная операция
- Несколько штрихов к портрету…
- Олеся, Олеся, Олеся…
- Песня остаётся с человеком…
- Принцесса Ливана, африканский царевич и я
- Слалом по рецепту
- Стоматология на Столбах
- Трижды на Митре…
- Улетел топор …
- Уха из живых толстолобиков
- Фирменное мороженое
Author →
Owner →
Offered →
Collection →
Owner →
Offered →
Collection →
Деньгин Владимир Аркадьевич
Деньгин Владимир Аркадьевич
Деньгин Владимир Аркадьевич
Владимир Деньгин. Столбистские истории
Деньгин Владимир Аркадьевич
Деньгин Владимир Аркадьевич
Владимир Деньгин. Столбистские истории
Другие записи
Ветер душ. Глава 29
После наполненности сборов в Янгиобаде, Алма-Ата кажется совершенно опустевшей. Неудобно получилось с Архиповым, почти поссорились. Теперь непонятно, у кого я тренируюсь, то ли у него, то ли у Давыдовой. В глазах Сергея Марковича немая укоризна. Так здорово начинался сезон и так быстро закончился. Тренировок не будет аж до ноября. Может, хоть на Лесничестве какой...
По горам и лесам. Глава V. План атаки. — Ползком. — Змеиный Зуб танцует военный танец. — Пробились.
[caption id="attachment_27317" align="alignnone" width="300"] Василий Анучин. По горам и лесам.[/caption] Одна, другая, бесконечные на этот раз, минуты, и мы выползли на опушку рощи и, раздвинув густую поросль, стали наблюдать. Парень в красной рубашке все еще стоял около костра и смотрел...
Были заповедного леса. Люди и зверушки. Крокодил
(Из моей записной книжки) — Расскажите нам о ваших милых зверушках. Что-нибудь самое-самое интересное. — А если я расскажу вам о вас, дорогие друзья? Толстяк в городском костюме. Портфель, мягкая серая шляпа. Приехал на личной машине. Ходит по Уголку со скучающим, брюзгливым выражением лица. — А где у вас крокодил? — Крокодилы у нас...
Тайга
Иногда вода кажется столь тихой, что мысли оставляют на её сумеречной глади свои отпечатки. В тот миг, когда закат уже недолог, жизнь следует никому непонятному предопределению печали. Небо блекнет заплатами темноты, они срастаются с тенями горизонтов, и тут неожиданно вспыхивают проколы звезд. Ночные странники тянутся...