Яворский Александр Леопольдович

Этнографический вечер

...Кроме Столбов, как обязательных мест посещения в этом 1910 году была сделана кратковременная поездка в с.Езагаш, что выше Красноярска по Енисею на 100 километров. Здесь в то время работал топографом общий друг Каратанова и всей Третьей Каратановской компании Михаил Масленников. Приехали на пароходе и завезли с собой лодку. Прожили 3 дня. Побродили в окрестностях Езагаша, заглянув в его речную долину с речкой того же имени. Осмотрели место бывшего винного завода Щеголева. Теперь здесь нет и следа построек и вся долина на месте бывшего завода поросла буйной, буквально непроходимой чащей крапивы. Ходили под вечер вдоль села и пели сибирские проголосные песни. Затем поплыли на лодке по течению обратно в Красноярск, посетив попутно чуть ниже Езагаша на правой стороне Енисея за островом так называемую «ледяную пещеру», которая оказалась только нишей со щелью, но со льдом. С песнями ехали до самого Красноярска.

Еще один поход в дружной столбовской небольшой компании по рч. Базаихе с остановкой в течении двух дней на Больших Аялах.

Живописная речка Базаиха всегда привлекала Каратанова и его друзей, своею какой-то интимной обстановкой. Здесь в глухой долине речки нет широты горизонта, нет и большой воды, как на Енисейских плёсах. Неумолчный шум Базаихи, ее затейливые небольшие зигзаги, скалы, идущие вниз к бурливой речке с высоких то голых, то облесенных хребтов как-то особо настраивают человека в противовес шуму на тишину и уют. Здесь поется мало, за человека неустанно напевает свою таежную песню шумливая речка. Недаром же само название по одному из авторов /Долгоруков. «Путеводитель по Сибири»/ происходит от чисто сибирского слова базланить, т.е. кричать заглушающе. В уютном шалаше из лиственничной коры на Больших аялах хорошо провели время и вернулись домой отдохнувшими, несмотря на трудную дорогу и тяжелый груз. Отдых не в ничего неделании, а в переключении, так понимают его многие красноярцы, так представлял его себе и художник Каратанов.

Кроме мелких работ в виде этюдов в этом 1910 году Д.И.Каратанов написал картину под названием Второй Столб. Это 65×90 см картина маслом на картоне изображала Второй Столб с его отрогами, видимый из-за осинника. Весна, лес без листьев, еще лежит снег, но в воздухе чувствуется бодрящее тепло. Период пробуждения в природе дал хорошо почувствовать художник в этом полотне. Здесь зиме сказано — нет, весна берет свои права и снег доживает свои последние дни. Картина писалась осенью, но настроение в ней ранневесеннее.

А.Яворский

ГАКК, ф.2120, оп.1., д.12

Author →
Owner →
Offered →
Collection →
Яворский Александр Леопольдович
Государственный архив Красноярского края
Государственный архив Красноярского края
А.Л.Яворский. Материалы в Государственном архиве Красноярского края

Другие записи

Восходители. Аконкагуа-93
Под Дхаулагири парни познакомились с Христианом из Чили; приезжайте ко мне, ребята, говорил он, у нас есть прекрасная гора Аконкагуа. Это же высшая точка Южной Америки, на нее подняться совершенно необходимо каждому альпинисту. Наши не отказывались, но и твердо не обещали: ты уж пойми, парень, у нас прежде политическая система была не та, а нынче — экономическая,...
Столбы. Поэма. Введение к поэме “Столбы”. Столбы дооктябрьские
Может быть, странным покажется такое введение к поэме «Столбы», но оно напрашивается само собой. В этом томе, прежде всего, пишется автором от своего имени, во-вторых, изложение насыщено восторженным лиризмом и нежностью к живописной природе Столбов и, в-третьих, автор создает в своих образах одухотворение природы. Все эти черты, свойственные...
Байки от столбистов - III. Калоши для Британского музея
В 1973 году на побережье Северного Уэльса, где проходил международный сбор альпинистов, случилась трагедия со швейцарской связкой. Парень, шедший первым, сорвался, под его весом вылетели все закладки, которые он плохо, неумело устанавливал в щелях, кроме одной, самой нижней. Пролетев метров 40-50, парень повис на веревке мертвым;...
Шуя-забияка
В те давние времена в избушке Баня, где под руководством строгого и добрейшего хозяина Юры Михайлова мы живали и скалолазничали, бывал один из завсегдатаев-избушечников Шуя-забияка, драчун и сердцеед одновременно. Шуя говаривал мне: «Так хочется подраться! Лю, если тебя кто-нибудь обидит — ты только скажи, ох, я его и побью! Так мне хочется...
Feedback