Отвесы красноярских скал покрыты сплошь жестким черным лишайником,- этакими лепесточками на невидной ножке, Бог весть, к чему прикрепленной. Вообще-то любая стенка манит определенную часть людей написать на ней краской что-нибудь навроде «Здесь был Вася»; васи и пишут: кто помельче, а кто и метровыми буквами. Сохранились надписи...

Но — горы... Сможет ли он спустя семь лет вернуться туда,— не туристом, нет: полноценным восходителем? Да не топтать снег где-нибудь на Эльбрусе, пусть он даже и высшая точка Европы, или на пике Ленина, пусть он даже и "семитысячник«,— Владимир снова думал о Гималаях. Еще точнее — об Аннапурне, первом из четырнадцати гигантов, покорившихся человеку: в 1950...

В бумагах покойного Анатолия Поляковского нашлась общая тетрадь в клеточку. И в ней, среди филателистических заметок, 8 страниц мелким почерком о столбовских приключениях. Нечто вроде записок для памяти. Пишущий легко и занимательно, Толя мог бы порадовать нас однажды новой повестью. Но не судьба. С разрешения Ольги Поляковской мы публикуем эти черновые заметки,...

Из переписки вконтакте. АЯ: Здравствуйте, меня зовут Настя, и я пишу статью про столбизм. Могу ли я поговорить с вами об этом? Мне интересна именно ваша история — когда вы первый раз пришли на Столбы, почему там остались, что лично для вас значит это движение? ВИ: А почему именно я и моя история?...