Хвостенко Валерий Иванович

О новой книге Седого. От составителя.

Анатолий Ферапонтов (Седой, 1947-2001) прожил короткую, яркую жизнь. Спортсмен, столбист, альпинист, мастер спорта по скалолазанию, Чемпион СССР, тренер и организатор санного спорта в Красноярске, политик, журналист, талантливый писатель — таким его знали современники. Но никто не знал его, как поэта. Анатолий писал стихи «в стол», мучаясь сомнениями в своем призвании и поэтическом даре.

Друг Анатолия, знаменитый красноярский скалолаз Александр Губанов, через несколько лет после его смерти взялся разбирать архив Седого. И в зеленой папке обнаружил черновики стихов. Стихи его потрясли. Перебелив часть из них в тетрадку, Александр стал искать издателя.

В 2011 году красноярский писатель Александр Астраханцев, ознакомившись с этой тетрадкой и впечатлившись, издал 24 сонета из нее в виде приложения к очерку «Седой» (в своей книге «Портреты. Красноярск, ХХ век» ИПЦ «Касс», 2011). Назвал подборку «Избранные сонеты». Это было первое появление в свет поэта А. Н. Ферапонтова.

В дальнейшем зеленая папка была утрачена. Рукописи горят. Сохранилась только тонкая тетрадь собственноручно записанных стихов (около сотни) и дневниковых записей. Из этих двух тетрадей (Губанова и Ферапонтова) и собрана эта книга.

Владимир Хрусталев, хорошо знавший Седого, взял на себя труд организовать издание книги.

Первая полная подборка стихов и записей Анатолия Ферапонтова выходит в свет. Пусть это скромное издание станет началом долгой поэтической судьбы.

В. Хвостенко.

Author →
Owner →
Offered →
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович

Другие записи

Красноярская мадонна. Второй Столб. Северная сторона
Северная стена утеса закруглена по краям и к вершине. Центр стены выколот и имеет вид кубической полости. В основании откола, на высоте сорока метров от подножия Столба, — огромный квадрат Качаловского Садика (покорен А.Л. Качаловой в 1895 году). В центр стены...
Тринадцатый кордон. Глава пятая
Облокотясь, полулежу в лодке, наполненной свежей травой. На корме у мотора сидит Иннокентий. Даже против течения наша лодка идет со скоростью пятнадцати километров в час. Мимо быстро уплывают берега. Они гористы и покрыты лесом. Всюду много сосны, и в падях темнеют пихты и ели. Среди бора иногда высоким шатром...
Записки Вигвама. Тувинская альпиниада. 1990 год
В.Ю. Муравьев рассказывает Н.А. Торотенкову. — Вова, ну как Тува? Сколько гор сходил? — Сколько, сколько... Четыре. «Единичку», «двойку», «тройку» и «четверку». Чего смеёшься? Теперь же по новым правилам надо зимние маршруты с начала перехаживать. — Слушай, а те маршруты, что мы раньше ходили они что, уже не считаются зимними? — Нет, те остались...
Избушка Музеянка под Верхопузом
От Музейного Камешка на Акулькиной гриве музеяне не раз выходили вдоль стрелке на запад и, подойдя к камням Верхопуза, Каина и Авеля, подолгу здесь задерживались, любуясь переплетом уходящих вдаль хребтов, и действительно было чем любоваться. Прямо на запад — Второстолбовский...
Feedback