Хвостенко Валерий Иванович

О новой книге Седого. От составителя.

Анатолий Ферапонтов (Седой, 1947-2001) прожил короткую, яркую жизнь. Спортсмен, столбист, альпинист, мастер спорта по скалолазанию, Чемпион СССР, тренер и организатор санного спорта в Красноярске, политик, журналист, талантливый писатель — таким его знали современники. Но никто не знал его, как поэта. Анатолий писал стихи «в стол», мучаясь сомнениями в своем призвании и поэтическом даре.

Друг Анатолия, знаменитый красноярский скалолаз Александр Губанов, через несколько лет после его смерти взялся разбирать архив Седого. И в зеленой папке обнаружил черновики стихов. Стихи его потрясли. Перебелив часть из них в тетрадку, Александр стал искать издателя.

В 2011 году красноярский писатель Александр Астраханцев, ознакомившись с этой тетрадкой и впечатлившись, издал 24 сонета из нее в виде приложения к очерку «Седой» (в своей книге «Портреты. Красноярск, ХХ век» ИПЦ «Касс», 2011). Назвал подборку «Избранные сонеты». Это было первое появление в свет поэта А. Н. Ферапонтова.

В дальнейшем зеленая папка была утрачена. Рукописи горят. Сохранилась только тонкая тетрадь собственноручно записанных стихов (около сотни) и дневниковых записей. Из этих двух тетрадей (Губанова и Ферапонтова) и собрана эта книга.

Владимир Хрусталев, хорошо знавший Седого, взял на себя труд организовать издание книги.

Первая полная подборка стихов и записей Анатолия Ферапонтова выходит в свет. Пусть это скромное издание станет началом долгой поэтической судьбы.

В. Хвостенко.

Author →
Owner →
Offered →
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович

Другие записи

Путешествие позаповеднику "Столбы". К Перьям и Деду
  Идти к «Первому Столбу» через «Перья» и «Дед» длиннее, чем через «Четвертый» и «Третий» почти на полкилометра. Но интереснее. Прежде всего потому, что через «Перья» и «Деда». Это, пожалуй, самые популярнейшие из скал заповедника. Эти скалы — лицо заповедника,...
Тринадцатый кордон. Глава вторая
У Синего Камня, километра на три выше кордона, образовался большой затор льда. Потом он прорвался, льдины ринулись вниз сплошной лавой. Займище покрылось причудливыми ледяными горками, на берегах покорежило деревья и кустарники. Василий объяснил, что на сиверах, в верховьях Маны, потеплело, вода стала быстро прибывать и разом подняла лед...
Были заповедного леса. Люди и зверушки. Из девяти - три!
(Из моей записной книжки) — Расскажите нам о ваших милых зверушках. Что-нибудь самое-самое интересное. — А если я расскажу вам о вас, дорогие друзья? Особенно плохо обстоит дело с мелкими птицами. В большой клетке — девять самых обычных наших мелких воробьиных птиц. Певчий дрозд, овсяночка, снегирь со снегиркой, горихвостка,...
Столбы. Поэма. Часть 25. Ковриги
Небесной влагою рожденный С крутых высот поток струит, В лесах, долиной ущемленный, По перекатам он шумит. И лижет скалы в поворотах, И моет берегов края, И гальки светлые с заботой Катит холодная струя. И пенится, и замирает, И заливает вешне луг, Собою берег отражает В изгибах забежавших дуг. Но непокорны его шумы И не зеркально отлиты...
Feedback