Так кто же такой был Иван Филиппович Беляк? Почему до сей поры (а в январе 2001 года исполнится 15 лет как его не стало — прим. ред. ) о БИФе говорят, помнят и будут всегда помнить столбисты? В чем заключался феномен и почему все ученики нашей школы № 10 тянулись к этому педагогу, словно молодые побеги к солнцу?

Я держу в руках документы из архива Ивана Филипповича, любезно предоставленные мне его сыном Владимиром, кандидатом геологических наук, в свое время с отличаем окончившим институт. Листаю пожелтевшие страницы рукописей, рассматриваю фотографии, вырезки из газет.

И.Ф. Беляк родился 7 января 1908 года. С самого детства он на Столбах. Бок о бок с известными покорителями горных вершин Евгением и Виталием Абалаковыми. Свидетель гражданской войны в Сибири. Отслужил в армии. Окончил пединститут. Преподавал историю. Участник Великой Отечественной войны. А затем начинается нечто такое, что не укладывается в голове. Читаю, и не верю собственным глазам. Многочисленные дипломы и грамоты утверждают, что обладатель их — личность неординарная: уникальный спортсмен. Рекордсмен Красноярского края по лыжным гонкам на дистанции 10 и 20 километров; рекордсмен края в беге на дистанции 200, 400, 800, 1000, 1500, 5000 метров; рекордсмен края по метанию диска, копья, по толканию ядра... А вот армейские спортивные достижения: чемпион СибВО по боксу в тяжелом весе; чемпион СибВО по борьбе в тяжелом весе; прыжок в длину с результатом, который, как сообщает армейская газета, входит в десятку лучших достижений в стране. Получается, что И.Ф. Беляк — десятиборец с навыками кулачного бойца и борца одновременно.

Маленькая заметка в «Красноярском комсомольце» за 18 мая 1951 г. под заголовком «Победа отважных скалолазов»:

«Недавно красноярские скалолазы совершили поход в заповедник „Столбы“ с целью преодолеть вершину труднодоступной скалы Цыпы. Двум участникам восхождения — старейшему столбисту И.Ф. Беляку и его сыну Владимиру удалось достичь вершины утеса. Свою победу отважные скалолазы посвятили столетию первого восхождения на Столбы, которое будет праздноваться в июне 1951 года». На снимке к тексту — захватывающий момент поединка человека с каменным исполином. В это время Иван Филиппович был директором нашей, десятой школы.

Читая заметки Ивана Филипповича, даешься диву, как тонко он чувствовал сибирскую природу, и как умело, почти осязаемо, мог обрисовать и угли в догорающем костре, и искры, уносящиеся в ночное небо..., и кажется, что от пожелтевших тетрадных листов начинает исходить аромат тайги и слышится потрескивание ночного костра... Или кажется, что идешь рядом с ним таежными тропами, о которых упоминал он в стихотворении «Огонек»:

Не видать тропы таежной,
Только гарь да лес кругом.
Пробираюсь осторожно
Ночью через бурелом.
Тишиной тайга одета,
Незнакомый путь далек
Вспыхнул вдруг внезапно где-то
Золотистый огонек.
И котомка легче стала,
Реже заросли, кусты...
Ускоряешь шаг усталый,
К огоньку ночному ты.
Неприветливо встречает,
Глухо темный лес шумит,
Но опасность не пугает,
Неизвестность не страшит.
И в пути ты не заметишь,
Что привал еще далек,
Лишь бы знать, что где-то встретишь:
Дружбу, помощь, огонек!

Так и шел по жизни своими, только ему ведомыми, непроторенными дорогами великий романтик и нес людям свой огонек.

Владимир ТРОФИМОВ

Председатель столбистского общества «Беркуты» был неплохим скалолазом и даже, как свидетельствует его сын, с завязанными глазами прыгал с Пера на Перо. В своем творчестве БИФ использовал скалолазный опыт. Вот отрывок из его книги «Край причудливых скал»

..."В заключение Филиппов решил попытаться обойти восточную стенку с противоположной стороны, которая раньше почему-то не привлекала его внимания. Внимательно оглядев намеченный путь, он остался доволен осмотром. Нижний карниз оказался вполне пригодным для передвижения. Правда, местами он был еле заметен, но в некоторых интервалах ширина его доходила до пяти-шести сантиметров.

Он стал передвигаться, придерживаясь руками за параллельно идущую щель, находящуюся на высоте его роста. Все шло хорошо. Пройдена большая часть пути, но дальше кромка, по которой продвигался скалолаз, стала сходить на нет, и носки ног не могли нащупать точки опоры. Запустив пальцы поглубже, он стал перебираться на руках, но вдруг почувствовал, что камень дрогнул. Филиппов замер. Справа от него гранит подозрительно выгнулся, и за пальцами образовалась пустота. Скалолаз взглянул вниз: до подножья 12-15 метров. Кричать о помощи бесполезно. Малейшее движение расшатывало камень, и пласт отходил от стены. Сейчас исход зависел только от самообладания и ясности ума.

Скалолаз изогнулся вправо и попытался достать носком карнизик, находящийся на расстоянии метра. Немного укрепив ступню, стал выводить туловище из наклонного положения. Осторожно перебирая руками, Филиппов тихо, без толчков, выровнял тело. Эта операция заняла не меньше трех минут. Положение стало более устойчивым. Филиппов огляделся.

Отслоившаяся часть была в этом месте настолько тонка, что даже незначительное давление могло обрушить ее, а без помощи рук стену не обойти. Прильнув лицом к плите и еле прикасаясь пальцами к верхней щели, он медленно стал передвигаться. Один раз он отшатнулся на какую-то долю сантиметра, но в следующее мгновение колоссальным напряжением воли заставил себя расслабить мышцы, отлично зная, что связанное мускульным напряжением тело не сохранит равновесия.

До площадки осталось около полуметра, но карниз, на котором стоял Филиппов, исчез. Следующий, решающий, шаг можно было сделать только с уступа, расположенного на 20 см выше. Он стал поднимать ногу, чтобы поставить ее на приступок, но вторая ступня плохо держалась на покатом камне и в любое мгновение могла сорваться. Наклонив голову, он почувствовал прикосновение засохших стеблей колючки, выросшей каким-то образом в расщелине совершенно отвесной скалы. Весь вытянувшись, он стал доставать ртом унизанный острыми шипами стебель, затем вобрал два других поменьше и сжал их зубами. Из расцарапанных губ и пораненной щеки обильно заструилась кровь. Филиппов напрягся и сделал последний шаг...

Через минуту он был уже у костра."...

Материал подготовила Юлия БУРМАК