СТОЛБЫ: ОПИСАНИЕ ХОДОВ

Дед
(Окончание, начало в № 9)

Известен короткий сложный лаз «Теплушка на Губу Деда», проложенный в 1977 году В. Теплых.

Пусть в черных рамках имена
Не испугают вас.
Уж, лучше так, чем от вина,
А гибнут только раз

На лице Деда имеется несколько надписей, обведенных траурными рамками — имена погибших на скалах. В 1960 году погиб, сорвавшись при выходе к вершине Коммунара столбист Владимир Зюзин, хозяин стоянки Зюзи под Дедом — крошечной избушки, установленной на высоченных столбах. Был летний субботний вечер, когда все скалы захлестнул поток столбистов. В самой верхней части лаза, Зюзин совершив какую-то ошибку, начал сползать вниз. При падении он, непременно бы снес в обрыв лезущих за ним. Свидетели видели, как он с силой оттолкнулся от скалы и, никого не задев, улетел навстречу смерти. Друзья сделали на Деде маленькую скромную надпись: «В.З.» в черной рамке, а впоследствии написали еще: «В. Зюзин». Их последователи краски, уже, не экономили, превращая каменного человека в погребальный памятник. В порыве скорби друзья забыли, что Столбы это праздник жизни и не дело превращать их в кладбище. А для памяти, в скором времени, при входе на Столбы, рядом с часовней, откроется мемориал с именами погибших столбистов.

Дед изрядно заляпан обычными автографами. Особенно неприятны корявые автографы и пятна краски на носу Деда. В этом повинен уважаемый, заслуженный спортсмен, первый в Красноярске МСМК по альпинизму Геннадий Карлов (известный среди столбистов, как папа Карло). В начале 1960 годов Карлов осквернил Деда, шаловливыми ручками издолбив лицо вечности шлямбуром и, вдобавок, еще раскрасив свой шкодливый маршрут масляными красками. Железные шкворни, вбитые в лицо Деда, сыграли, однажды, положительную роль. В 1975 году, прямо на лице каменного человека разыгралось одно из ярчайших спортивных сражений современности — соревнования домбайских связок 6 чемпионата СССР. Домбайские связки, сконцентрировав в себе технически сложный стенной альпинизм, является одной из самых сложных и умных скальных дисциплин, требуя тщательных предварительных расчетов каждого шага, каждого движения. Самыми умными оказались столбисты А. Ферапонтов и А. Губанов, победившие всех с невероятным отрывом по времени в две минуты (обычный отрыв в группе лидеров такого класса не превышает 3-5 секунд).

Восточное Плечо идеальная вершина для восхождений новичков, доступная в любое время года, в любую погоду, являясь прекрасной видовкой на долину Лалетиной и красноярское правобережье. Особенно красиво здесь в июле, когда вершины кедров, обрамляющие скалу, усыпаны аметистовыми розами шишек. На вершине темени Деда лежит камень, расколотый молнией в июле 1960 года. Случайным свидетелем, изрядно напуганным, был, застигнутый грозой на вершине В. Еремин — альпинист из Вигвама.

Изображение каменного человека встретишь в Красноярске повсюду: на чеканках, фотографиях, в резьбе по дереву, на сувенирных значках, медалях, открытках и даже пивных этикетках. В начале 1960 годов был выпущен цветастый значок «Красноярская секция альпинистов и скалолазов», где крошечный человечек спускался по веревке по носовому ребру Деда. Знак интересен тем, что это редчайший случай, когда альпинисты обошлись без набившего оскомину изображения эдельвейса. Наряду с другими изображениями Столбов, Дед стал частью красноярской символики.

На заре столбизма, под Дедом на северном склоне была медвежья берлога. Во второй половине двадцатого века, здесь, уже, был один из самых густонаселенных, столбовскими компаниями, квартал. Имелись нары для отдыха и сна даже у подножия Деда, под его каменными карнизами. В разные времена здесь были избушки и стоянки камнежителей: Дикарка, Дедовка, Старые Магнето, Сипулька, Аида, Коммунары, Волчья нора, Серые, Жрица, Каргалыга, Зюзи, Кочегарка.

Небольшие утесы и обнажения сиенита северного склона называются Дикарка под Дедом. Выше, на плато, расположены более значительные утесы Дедовой свиты: Южнее Деда — сумрачный Скиф, Восточнее — Маленький Коммунар и, по кругу, — многочисленная каменная родня: Прадед, Внук, Дочка, Бабка и Внучка. Далее всех, поселилась, от главы каменного рода, Дочка — на вершине горы за ручьем Ельничья Рассоха на юго-восток от Деда. Эти, окруженные каменными осыпями, скалы называют еще Малиновые Камни. В 1958 г автор, услыхав пение жизнерадостного очкарика, знаменитого столбиста Бурматы: «Во-он Малиновые камни, там малины до фига и больше!», не раздумывая, отправился в путь. Тропы к Дочке нет и идти нужно «дером», через буреломы и чащи крутых косогоров, держа в голове взятое направление. Малины под скалами не оказалось вовсе... Позже узнал, что малиновыми те камни бывают на закате солнца.

Из Дедовой родни наиболее выразительны Бабка и Внучка, стоящие на прямой линии между 1 Столбом и Дедом, скальные пирамидальные скульптуры с юга похожи на шахматные фигуры. Здесь же есть точка, с которой Внучка превращается в Буратино. Нужно перейти на северный склон, что бы увидеть каменную композицию: «Чаепитие на Столбах» — два женских лица, напротив друг друга, повязанные косынками. У курносой, задорной Внучки «уголочком на лбу», у суровой Бабки — «узелком на макушке». С северного склона, когда деревья стоят без листьев, открывается Веселый Дед, прекрасно дополняющий каменное чаепитие.

Леонид ПЕТРЕНКО