Мужество

Возможно, мир не заговорил бы про Венеру Милосскую, если бы ей не отсекло руки. Когда пермскому альпинисту Борису Седусову, вертикальным подъемом взявшему «белую башню» — вершину Дхаулагири в Гималаях, — ампутировали обмороженные пальцы ног, врачи приказали ему отказаться от восхождений.

Так закончилась альпинистская жизнь знаменитого француза Мориса Эрцога, который тоже лишился пальцев. Однако у Седусова было то ли желваков побольше, то ли силы небесные приказали ему опровергнуть прогнозы медиков. Но именно с этого момента затикали часы его продолжающегося подвига

Уже через год он взошел на семитысячник. Там, глядя сверху вниз, мысленно прохрипел голосом Высоцкого: «Ах, оставьте ненужные споры. Я себе уже все доказал». Еще через год поднялся на греческий Олимп, гору Богов. На горе стоял каменный трон Зевса. «Трон как трон, — говорит Седусов. — Ничего особенного». Примерив трон Зевса, дерзкий пермяк предложил своим спутникам: «А что, мужики, слабо нам взять сразу два восьмитысячника?!».

Ударили русские мужики шапками о греческую гору и молвили: «Любо!..».

«Приговорили» две гималайские вершины — Чо-Ойю (8 201 метр) и Шиша-Пангму (8 014 метров). Но прежде чем приговор исполнить, Борис сделал для себя прикидку: покорил гору Аконкагуа — самый высокий пик Южной Америки.

И вот Седусов кладет в экспедиционную казну деньги, которые копил на «Тойоту», и группа российских авантюристов приземляется в столице Непала Катманду. Кроме пермского затейника, два екатеринбуржца: Валерий Першин и Евгений Виноградский, оба — заслуженные мастера спорта по альпинизму, красноярец Николай Захаров и москвич Владимир Башкиров, чемпионы Союза. К ним присоединились санктпетербуржец Борис Медник и Гия Тортладзе из Грузии. На последнем этапе, по выражению Седусова, «приклеился кореец».

Забегая вперед, скажу, что после тибетского восхождения в конце 96-го эту группу можно смело зачислять в пантеон небожителей альпинизма. По крайней мере, в России такого не было — два восьмитысячника, покоренные за один сезон... «Можно и три», — небрежно бросает Борис.

А пока груженые яки подошли к первой вершине. На высоте 5 600 метров альпинисты разбили базовый лагерь. Здесь голова должна привыкнуть к высоте. У человека — порог: до 6 тысяч метров могут выдержать храбрые, после — только избранные. Затем — подъем до отметки 6 400. «Ледорубы», «кошки», перила, проход ледопада«, — телеграфно изъясняется Седусов. Возвращение в лагерь. Такова тактика восхождения. Ее можно сравнить со скачками температуры по время лихорадки. Снова подъем — на 7 100, на 7 400... И вот она, вершина Чо-Ойю, — 8 201 метр.

Дней десять двигались к Шиша-Пангме. Ветер крутил снег. Внизу итальянцы, поляки и испанцы уже сворачивали палатки. В такую непогоду никто из них не рискнул штурмовать Шишу. Группа Седусова решила брать вершину в альпийском стиле — без спусков. В первый день взошли на высоту 6 300. Поставили палатки. Снег заметает следы. На другой день поднялись еще на 400 метров. Холод, пурга, ничего не видно. Потом узнали, что недавно двое украинцев погибли на этой отметке под лавиной. И все-таки российская группа взобралась под самую Шишу — 7 400. Ураганный ветер, рвущий палатки. Ждали 3 дня. Запасы еды — на грани. На четвертый день, если не продвигаться вверх, нужно было бы уже готовиться к спасительному спуску.

А внизу, прикипев к биноклям, смотрит Европа: пройдут ли русские? Сама по себе возникла параллель: когда российскому императору Александру III, удившему рыбу, сообщили, что его ждут европейские посланники, он ответил: «Европа подождет».

И тут лик неба прояснился. И русские прошли! Тотчас же, точно по команде, опираясь на уже укрепленные перила, по их следам спешно двинулась «подождавшая Европа».

...Во время торжественного обеда в Катманду группа Седусова, обласканная южнокорейским консулом, не в обиду, а скорее в некий пример, убедилась: ликующему корейскому альпинисту были оказаны знаки внимания, как герою собственной страны. Корейского восхищения удостоились и российские спортсмены. А что же в своем отечестве?..

Если говорить о Борисе Седусове, то как бы за кадром остается личное его преодоление взятых вершин. Он ведь не напоминает: «У меня нет пальцев». Взбирается ввысь наравне со всеми. Пальцы ему заменяют специальные вкладыши в ботинках. Когда Седусов идет вверх, еще терпимо. Но на спусках он натирает и разбивает ноги в кровь! Месяц потом надо отлеживаться.

«Как же вы шли на второй восьмитысячник?» — спросил я его.

«Так и шел», — коротко ответил 46-летний альпинист.

Не успев толком отогреться от тибетской эпопеи, Борис уже испытал перепад температур — побывал в Африке и посмотрел на нее с высоты Килиманджаро.

«У меня задача сейчас такая: взять все самые высокие вершины всех континентов. Три я уже с мужиками покорил — Килиманджаро, Аконкагуа и Эльбрус. Осталось еще четыре — в Индонезии, Антарктиде, Северной Америке и в Гималаях».

Так, наступая на пятки, Седусов наступает на пятки главной вершине мира — гималайскому Эвересту.

Юрий Беликов
(наш корр.),
г. Пермь

Материал предоставлен В.И.Хвостенко