Первый директор заповедника «Столбы» А.Л.Яворский еще в 1925 году писал: «Столбы» в эстетическом заповеднике должны быть сохранены именно для столбистов, так как никто больше столбиста не может оценить их красоту. Это его второй дом, место отдыха, здесь он черпает в чистой прекрасной природе свое здоровье, закал и молодость..." Читаю эти строки и кажется, что написаны они не более полувека назад, а сегодня, и целиком относятся к Людмиле Владимировне Зверевой.

Столбисты нынешнего поколения не перестают удивляться — да откуда же у этой женщины берутся силы, чтобы подниматься на самые трудные скалы? А Людмила Владимировна Зверева только посмеивается — не объяснять же каждому, что закалку ей на всю жизнь дали именно «Столбы», на которые еще школьницей она пришла впервые более сорока лет назад.

Ее любимые скалы — Второй и Третий столбы, «Перья», «Дед». И поднимается на них теми же труднейшими ходами: «уголком», «огурцом», «леушинским», «сарычевским», как делала это много лет назад. И как будто нет за плечами груза прожитых лет.

Между двумя отдельными скалами «Перьев» есть вертикальная щель. Подойди к подножию и посмотри вверх. Две каменные стены кажутся абсолютно гладкими и где-то далеко в высоте светлеет, как вырезанный из картона, бледный кусочек неба. По всей длине хода есть лишь один мало-мальски пригодный выступ, где скалолаз может перевести дыхание, ощутив под руками твердую опору. В остальном же скалолаз должен надеяться только на собственные силы и умение. Весь путь к вершине он совершает «расклинкой». Вот этот самый ход известен у столбистов прошлых поколений как «зверевский».

Нет, когда Люся Зверева стала членом гордого племени столбистов, этот ход на «Перьях» был уже открыт, хотя названия и не имел. Но рисковали подниматься по нему лишь мужчины. Из числа столбисток на это первой решилась Зверева. В один летний воскресный день 1944 года невысокая белокурая девушка в черных шароварах и клетчатой ковбойке с закатанными рукавами подошла к подножию скалы и начала подниматься. С каждым шагом спортсменки приближалась вершина, все увеличивался, наливался синевой кусок неба над головой.

С тех пор и назвали столбисты этот ход «зверевским». А по «Столбам» долго ходил дружеский шарж на Людмилу — она попирает ногами «Перья», две отдельные макушки которых связывает подвешенная на веревочках табличка с надписью: «зверевский».

Есть на «Перьях» еще один интересный и оригинальный ход — «шкуродер». Это тоже вертикальная каменная щель высотой 35-40 метров, в которую едва помещается человек. Ход, требующий для подъема огромных физических усилий, потому не много находилось охотников показать здесь себя. Среди столбистов в ходу была даже шутка, когда речь заходила о каком-то трудном, но невыполнимом деле: мол, это все равно, что «шкуродером» подниматься.

«Шкуродером» в основном спускались с «Перьев». Ощущение было не из приятных — столбист как будто на веревочке дергался. Пролетит несколько метров по щели, царапая бока о стены (потому и «шкуродер»), — заклинивается, расставив пошире руки и ноги. Снова полет — и снова остановка.

Люсе Зверевой такой спуск «на тормозах» был не по душе. Она начала испытывать себя. Больше летит, меньше заклинивается. Пока не пришла к мысли однажды — а если попробовать спуститься вообще без остановок? И решилась. Подошла к темному провалу, плотно прижала руки к бокам и скользнула «солдатиком» вниз. Вслед за ней и другие столбисты рискнули. А там и пошло. Ныне «шкуродером» спускаются только так: с вершины до земли — на одном дыхании, в одном прыжке-полете, где союзником столбиста являются смелость и точный расчет. Естественно, это не прыжок в прямом смысле этого слова — трение о стенки все-таки гасит скорость. Но похоже.

Людмила Владимировна до сих пор хранит удостоверение, подписанное председателем краевого комитета по делам физкультуры и спорта С.Ивановым, начальником учебного сбора К.Шалыгиным и старшим инструктором альпинизма Всесоюзного комитета по делам физкультуры и спорта И.Калашниковым, в котором говорится, что она успешно прошла в 1949 году в Красноярске тренировочный сбор по скалолазанию с оценкой «отлично», на основании чего ей присвоено звание тренера по скалолазанию.

Но тренером — ни по скалолазанию, ни по другому виду спорта Л.В.Зверева не стала. Она стала врачом. Уже не один десяток лет успешно работает в Красноярской железнодорожной больнице. И заслуженно гордится высоким званием «Почетный железнодорожник СССР».

...Нет, не случайно и поныне не мыслит свою жизнь без «Столбов» Людмила Владимировна Зверева. Это они воспитали в ней характер, закалили волю, дали, как говорят ныне, завидное спортивное долголетие.

В.Патрушев

«Красноярский рабочий», 18.08.83 г.

Материал предоставлен Сиротининым В.Г.