Проснулся я рано. Над Маной стлался редкий туман. Сквозь него можно было разглядеть густо плывущие бревна. Вода за ночь поднялась, подошла к ярам, затопила прибрежные кусты и травы в низинах. С реки от движения бревен доносился приглушенный шум. В нем можно было различить шелест, журчанье, всхлипыванье, всплески, стуки......

Дальше снова Красноярск, завод, Столбы... А потом три года службы в далекой Польше. Коля Молтянский, верный дружбе, писал мне все три года больше о столбовских делах. Иногда вспоминал и Вову. Вернее, его разные лихие дела. Отслужил я и поступил в Политехнический институт. По примеру наших бравых спортсменов с «Грифов»...

Что-то случилось. Накатило волной, подхватило мягкой дланью ветров судеб и раскидало нас в разные стороны. Мои друзья стали иными, я растерял их. И только грусть улыбается мне прямо в лицо. Мы все стали кем-то. Но с каждой весной просыпаемся за полночь и слышим, как надоедливые вороны и галки шелестят крыльями, чуть задевая...

Утром 26 июля в районе скалы «Крепость» заповедника Столбы юными скалолазами был обнаружен молодой человек в тяжелом состоянии. Он говорил не очень связно, одежда порвана, покрыт укусами гнуса. Сам идти не мог. О себе сообщил, что он Андрей Зинько, студент Строительного техникума. На Столбы пошел погулять... 21 июля. Прогулка эта...