Не судья я никому. Шла команда без спасительных штычков ледорубов или с ними, теперь уже не узнать. Теряла ли Розалия ледоруб, был ли ледоруб в руках Валеры в момент срыва — тоже не узнать. «Загнал» ли, как в спорте говорится, Беззубкин свою команду и самого себя — об этом только физиологи-аналитики могли сказать. Да и они теперь...

(Из моей записной книжки) — Расскажите нам о ваших милых зверушках. Что-нибудь самое-самое интересное. — А если я расскажу вам о вас, дорогие друзья? Для совсем маленьких ребятишек Уголок — царство сказки. Только раз за все время встретился пяти-шестилетний карапуз, который очень скучал у нас в Уголке и тянул маму...

За разговорами пришел рассвет. А за коротким сном и долгое утро. Утро в избе кого хошь, даже мертвого пробудит, больно оно в ней свежее, чистое. Спозаранку кто-то из мужиков дрова рядом с избой колотит, потом печурку растопит. А там и съедобным запахло. А такие пироги, да в чужом желудке никого не обрадуют. Выполз Плохиш...

Всё чаще вспоминается мне один обычный день на Столбах. Конец августа или начало сентября, тепло и сухо. Налазились с подругой и пришли к Четвёртому со стороны Окна в Европу. Там сейчас столик и лавочки, а тогда просто камешки. Устроились, достали перекус. И вдруг охватило меня ощущение покоя и гармонии, так хорошо...