В.Ю. Муравьев рассказывает Н.А. Торотенкову. — Вова, ну как Тува? Сколько гор сходил? — Сколько, сколько... Четыре. «Единичку», «двойку», «тройку» и «четверку». Чего смеёшься? Теперь же по новым правилам надо зимние маршруты с начала перехаживать. — Слушай, а те маршруты, что мы раньше ходили они что, уже не считаются зимними? — Нет, те остались...

Посвящается Арсену Р. Шумит Калтат в своей долине, И шумом глушит берега. По крутякам и на вершине Его заслушалась тайга. И дремлют в нем гранитов стены, И сторожат немой хребёт, И мчит Калтат вдаль белопенный Поток бурливых, шумных вод. И сквозь тот шум звучит порою Какой-то небывалый звон, Рожденный эхом над...

Всё чаще вспоминается мне один обычный день на Столбах. Конец августа или начало сентября, тепло и сухо. Налазились с подругой и пришли к Четвёртому со стороны Окна в Европу. Там сейчас столик и лавочки, а тогда просто камешки. Устроились, достали перекус. И вдруг охватило меня ощущение покоя и гармонии, так хорошо...

[caption id="attachment_3945" align="alignnone" width="300"] Яворский Александр Леопольдович[/caption] [caption id="attachment_32865" align="alignnone" width="203"] Яворский Александр Леопольдович[/caption]   ГАКК, ф.2120, оп.1., д.41