Я лежал, не решаясь пошевельнуться, но нестерпимая боль в виске заставила меня открыть глаза. Первое, на чем остановился мой взгляд, было столь неожиданно, что я, забыв все недуги, радостно вскочил на ноги. — Санька! ты?! Ты жив? — Здесь нет никакого Саньки, — строго прозвучало в ответ. — Ну, Змеиный Зуб... разве тебя...

В углу большой вольеры — три ящика, поставленные один на другой. В отверстии верхнего ящика виднеются две мордочки: черная и рыжая. Уютно пригревшись, зверята спят, тесно прижавшись друг к дружке: ухо к уху, носик к носику. Это две лисички: Лисси и Гай. У рыженькой Лисси мордочка острая, длинная, глазенки лукавые,...

Луна! Луна! Холодная, немая, Зовущая в далекие миры, Туда, где в безднах утопая, Пылают вечные костры. Какие луны светили бывало Мне в поисках неведомых красот, Каких ночей луна не освещала Мне, юноше не знавшему забот. И в старости она чудит, как прежде, И вспоминать о юности зовет, Хотя прекрасно...

Развалы! Сколько с этим словом Воспоминаний предо мной, Не сможет ночь своим покровом Затмить огонь священный мой, Что сердце жжет в переживаньях. И мысленно я с вами вновь, Сквозь жизни тяжких испытаний Пронесший радость и любовь. И все, что душу молодило, Звало и зажигало жить, Того мне на краю могилы...